Список форумов
СЛАВЯНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Женщины Руси

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> История
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вс Фев 28, 2016 12:41 am    Заголовок сообщения: Женщины Руси Ответить с цитатой

Анна Васильевна Московская


Анна Васильевна Палеолог (1393— август 1417) — старшая дочь великого князя московского Василия I Дмитриевича и Софьи Витовтовны, первая жена императора Иоанна VIII Палеолога в бытность его соправителем при отце, Мануиле II. С 1416 года носила титул «младшей императрицы», скончалась через три года брака, прежде вступления её мужа в самостоятельное правление.

О сватовстве пишут так: с укреплением Московского княжества «самые тесные политические сношения завязались между Москвой и Византией, по примеру единения царящего между патриархами и русскими митрополитами. Обрадовавшись возрождению крепкой государственной власти на Руси, император Мануил II Палеолог пожелал возобновить прерванные татарским погромом брачные узы между Константинополем и русскими государями и сосватал в 1414 году сына своего Иоанна — Анне». (По другим указаниям — например, Лицевого летописного свода, брак был заключен в 1411 году).

Князь великы Василий Дмитриевич отдасть дщерь свою Анну в Царь-град за церевича Ивана Мануиловича.

Историки указывают: «в канун падения Империи Ромеев греки рады были укрепить свое влияние в крупнейшей и богатейшей митрополии Константинопольского Патриархата и держать её под контролем. Ранее уже отмечалось, что в это время не только Константинопольский Патриархат, но и императорский двор существовали почти исключительно на средства, присылаемые Русью».

Брак Анны с Иоанном Палеологом, бывшим тогда наследником византийского престола, был совершён при участии митрополита Фотия, назначенного из Константинополя на Киевскую кафедру в 1408 году. В 1414 году Анна приехала в Константинополь в сопровождении иеромонаха Зосимы.
Скончалась, по указаниям Дуки (Historia Byzantina of Michælis Ducæ Nepotis)[3], от чумы через несколько лет после свадьбы. Брак был бездетным.
Её муж за время их краткого брака часто бывал в отъездах, и в эти дни тоже находился с миссией на Пелопоннесе. По словам историка Дуки, смерть Анны потрясла весь Константинополь, поскольку граждане любили молодую русскую княжну.
Анна была похоронена в монастыре Липса в Стамбуле.
Портретное изображение Анны сохранилось на «Большом» саккосе Киевского митрополита Фотия (Оружейная палата, Москва): «здесь представлены московский князь Василий Дмитриевич, его жена Софья Витовтовна, их дочь Анна Васильевна и её муж Иоанн Палеолог. Имеется также портрет Фотия. Около русской княжеской пары — сопроводительные русские надписи, тогда как около всех других изображений — греческие. На первом плане представлена византийская чета; окружающие их головы нимбы также подчеркивают первостепенное значение, которое в глазах мастера имели византийские правители».
Племянник Анны Васильевны, Иван III, в будущем женится на племяннице её мужа — Софие (Зое) Палеолог.


Анна отправляется в Визатию


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Святовит
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 16.02.2016
Сообщения: 2490

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 10:51 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

О чем тема то?? Игнатий очередной русофобский трюк готовишь издалека??
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 11:50 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Тема о женщинах Руси.Читать разучился,болезный?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Святовит
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 16.02.2016
Сообщения: 2490

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 12:00 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Игнатий писал(а):
Тема о женщинах Руси.Читать разучился,болезный?
Следующей будет тема о мужчинах Руси?
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 12:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Святовит писал(а):
Следующей будет тема о мужчинах Руси?

О долбоебах Руси
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Святовит
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 16.02.2016
Сообщения: 2490

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 12:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Игнатий писал(а):
Святовит писал(а):
Следующей будет тема о мужчинах Руси?

О долбоебах Руси
Автобиографию свою распишешь? Улыбка
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Мар 01, 2016 9:43 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

КНЯГИНЯ ОЛЬГА

Княги́ня О́льга, в крещении Еле́на (ок. 920 — 11 июля 969) — княгиня, правившая Киевской Русью с 945 до 960 года после гибели мужа, Великого князя Киевского Игоря Старого. Первая из правителей Руси приняла христианство ещё до крещения Руси, святая равноапостольная Русской Православной Церкви; память: 11 (24) июля и в Соборах Киевских, Псковских и Волынских святых.
Спустя примерно 140 лет после её смерти древнерусский летописец так выразил отношение русских людей к первому правителю Киевской Руси, принявшему крещение

Была она предвозвестницей христианской земле, как денница перед солнцем, как заря перед рассветом. Она ведь сияла, как луна в ночи; так и она светилась среди язычников, как жемчуг в грязи.


Происхождение

Летописи не сообщают год рождения Ольги, однако поздняя Степенная книга сообщает, что скончалась она в возрасте около 80 лет, что относит дату её рождения к концу IX века. Приблизительную дату её рождения сообщает поздний "Архангелогородский летописец", который сообщает, что Ольге на момент брака было 10 лет. На основании этого много учёных (М. Карамзин, Л. Морозова, Л. Войтович) высчитали дату её рождения в качестве 893 года. Проложное житие княгини утверждает о её возрасте на момент смерти - 75 лет. Таким образом Ольга родилась в 894 году. Правда, эту дату ставит под сомнение дата рождения старшего сына Ольги, Святослава (ок. 938-943), так как Ольге на момент рождения сына должно было бы быть 45-50 лет, что кажется невероятным.
Смотря на тот факт, что Святослав Игоревич был старшим сыном Ольги, Борис Рыбаков, принимая за дату рождения князя 942 год, посчитал крайне поздней точкой рождения Ольги 927-928 год. Подобного мнения (925-928 год) придерживался и Андрей Богданов в своей книге "Княгиня Ольга. Святая воительница". Алексей Карпов в своей монографии "Княгиня Ольга" делает Ольгу старше, утверждает, что княгиня родилась около 920 года. Следственно, умнее выглядит дата ок. 925, нежели 890 год, так как и сама Ольга в летописях за 946-955 года представляется молодой и энергичной, а старшего сына рождает около 940 года.
Согласно самой ранней древнерусской летописи «Повесть временных лет», Ольга была родом из Пскова (др.-рус. Плесковъ, Пльсковъ). Житие святой великой княгини Ольги уточняет, что родилась она в деревне Выбуты Псковской земли, в 12 км от Пскова выше по реке Великой[4]. Имена родителей Ольги не сохранились, по Житию они были незнатного рода, «ѿ ѩꙁыка варѧжска». По мнению норманистов, варяжское происхождение подтверждается её именем, имеющим соответствие в древнескандинавском как Helga. Присутствие предположительно скандинавов в тех местах отмечено рядом археологических находок, возможно датируемых первой половиной X века. Известно и древнечешское имя Olha.

Княгиня Ольга на Памятнике «1000-летие России» в Великом Новгороде
Типографская летопись (конец XV века) и более поздний Пискаревский летописец передают слух, будто Ольга была дочерью Вещего Олега, который стал править Киевской Русью как опекун малолетнего Игоря, сына Рюрика: «Нѣцыи жє глаголютъ, ѩко ѻльгова дщєри бѣ ѻльга». Олег же поженил Игоря и Ольгу.
Так называемая Иоакимовская летопись, достоверность которой ставится историками под сомнение, сообщает о знатном славянском происхождении Ольги:

«Когда Игорь возмужал, оженил его Олег, выдал за него жену от Изборска, рода Гостомыслова, которая Прекраса звалась, а Олег переименовал её и нарек в своё имя Ольга. Были у Игоря потом другие жены, но Ольгу из-за мудрости её более других чтил».

Если верить этому источнику, то получается, что княгиня переименовалась из Прекрасы в Ольгу, взяв новое имя в честь князя Олега (Ольга - женский вариант этого имени).
Болгарские историки выдвигали также версию о болгарских корнях княгини Ольги, опираясь в основном на сообщение «Нового Владимирского Летописца»[10] («Игорѧ жє ожєни [Ѻльгъ] въ Българѣхъ, поѧтъ жє за нєго кнѧжну Ѻльгу»[11].) и переводя летописное название Плесков не как Псков, а как Плиска — болгарская столица того времени. Названия обоих городов действительно совпадают в древнеславянской транскрипции некоторых текстов, что и послужило основанием для автора «Нового Владимирского Летописца» перевести сообщение «Повести временных лет» об Ольге из Пскова как об Ольге из болгар, так как написание Плесков для обозначения Пскова давно вышло из употребления.
На местных преданиях основываются утверждения о происхождении Ольги из летописного прикарпатского Плеснеск, громадного городища (VII—VIII в. — 10-12 Га, до Хв. — 160 Га, до ХІІІв. — 300 Га) со скандинавскими и западнославянскими материалами.


Брак и начало правления


По «Повести временных лет» Вещий Олег женил Игоря Рюриковича, начавшего самостоятельно править с 912 года, на Ольге в 903 году, то есть когда ей уже исполнилось 12 лет[15]. Дата эта подвергается сомнению, так как, согласно Ипатьевскому списку той же «Повести», их сын Святослав родился только в 942 году.
Возможно, чтобы разрешить это противоречие, поздние Устюжская летопись и Новгородская летопись по списку П. П. Дубровского сообщают о 10-летнем возрасте Ольги на момент свадьбы. Данное сообщение противоречит легенде, изложенной в Степенной книге (2-я половина XVI века), о случайной встрече с Игорем на переправе под Псковом. Князь охотился в тех местах. Переправляясь через реку на лодке, он заметил, что перевозчиком была юная девушка, переодетая в мужскую одежду. Игорь тотчас же «разгорѣся жєланіемъ» и стал приставать к ней, однако получил в ответ достойную отповедь: «Зачем смущаешь меня, княже, нескромными словами? Пусть я молода и незнатна, и одна здесь, но знай: лучше для меня броситься в реку, чем стерпеть поругание». О случайном знакомстве Игорь вспомнил, когда пришло время искать себе невесту, и послал Олега за полюбившейся девушкой, не желая никакой другой жены.
Новгородская Первая летопись младшего извода, которая содержит в наиболее неизменном виде сведения из Начального свода XI века, оставляет сообщение о женитьбе Игоря на Ольге не датированным, то есть самые ранние древнерусские летописцы не имели сведений о дате свадьбы. Вполне вероятно, что 903 год в тексте ПВЛ возник в более позднее время, когда монах Нестор пытался привести начальную древнерусскую историю в хронологический порядок. После свадьбы имя Ольги упоминается в очередной раз только через 40 лет, в русско-византийском договоре 944 года.
Согласно летописи, в 945 году князь Игорь погибает от рук древлян после неоднократного взимания с них дани. Наследнику престола Святославу тогда было только 3 года, поэтому фактическим правителем Киевской Руси в 945 году стала Ольга. Дружина Игоря подчинилась ей, признав Ольгу представителем законного наследника престола. Решительный образ действий княгини в отношении древлян также мог склонить дружинников в её пользу.


Месть древлянам


Древляне после убийства Игоря прислали к его вдове Ольге сватов звать её замуж за своего князя Мала. Княгиня последовательно расправилась со старейшинами древлян, а затем привела к покорности народ древлян. Древнерусский летописец подробно излагает месть Ольги за смерть мужа:

Первая месть

Сваты, 20 древлян, прибыли в ладье, которую киевляне отнесли и бросили в глубокую яму на дворе терема Ольги. Сватов-послов закопали живьем вместе с ладьёй.
« И, склонившись к яме, спросила их Ольга: «Хороша ли вам честь?» Они же ответили: «Горше нам Игоревой смерти». И повелела засыпать их живыми; и засыпали их.. »


Вторая месть

Ольга попросила для уважения прислать к ней новых послов из лучших мужей, что и было с охотой исполнено древлянами. Посольство из знатных древлян сожгли в бане, пока те мылись, готовясь к встрече с княгиней.


Третья месть

Княгиня с небольшой дружиной приехала в земли древлян, чтобы по обычаю справить тризну на могиле мужа. Опоив во время тризны древлян, Ольга велела рубить их. Летопись сообщает о 5 тысячах перебитых древлян.

Четвёртая месть Ольги древлянам. Миниатюра из Радзивилловской летописи.


Четвёртая месть


В 946 году Ольга вышла с войском в поход на древлян. По Новгородской Первой летописи киевская дружина победила древлян в бою. Ольга прошлась по Древлянской земле, установила дани и налоги, после чего вернулась в Киев. В Повесть временных лет (ПВЛ) летописец сделал врезку в текст Начального свода об осаде древлянской столицы Искоростеня. По ПВЛ после безуспешной осады в течение лета Ольга сожгла город с помощью птиц, к ногам которых велела привязать зажжённую паклю с серой. Часть защитников Искоростеня были перебиты, остальные покорились. Схожая легенда о сожжении города с помощью птиц излагается также Саксоном Грамматиком (XII век) в его компиляции устных датских преданий о подвигах викингов и скальдом Снорри Стурлусоном.
После расправы с древлянами Ольга стала править Киевской Русью до совершеннолетия Святослава, но и после этого она оставалась фактическим правителем, так как её сын большую часть времени проводил в военных походах и не уделял внимания управлению государством.

Правление Ольги


Покорив древлян, Ольга в 947 году отправилась в новгородские и псковские земли, назначая там уроки (дань), после чего вернулась к сыну Святославу в Киев.
Ольга установила систему «погостов» — центров торговли и обмена, в которых более упорядоченно происходил сбор податей; затем по погостам стали строить храмы. Путешествие Ольги в Новгородскую землю ставили под сомнение архимандрит Леонид (Кавелин), А. Шахматов (в частности, указывал на путаницу Древлянской земли с Деревской пятиной), М. Грушевский, Д.Лихачев. Попытки новгородских летописцев привлекать к Новгородской земле несвойственные события отмечал и В. Татищев. Критически оценивают и свидетельство летописи о санях Ольги, будто бы хранившихся в Плескове (Пскове) после поездки Ольги в Новгородскую землю.
По мнению Ю. Дыбы, летописная фраза «и оустави по мьстѣ. погосты и дань. и по лузѣ погосты и дань и ѡброкы», помещенная в продолжении летописного описания мести Ольги древлянам («по мьстѣ» — буквально «по отмщении»), отражает реалии маршрута похода княгини Ольги после древлянской мести дальше на запад, к правому притоку Западного Буга — р. Луге, и свидетельствует об инкорпорации Киевом Волыни. Покорение Древлянской земли и Волыни открыло перед Киевом перспективы контроля двух важных международных торговых путей. Один из них — сухопутный, названный «из немец в хазары», связывал Волжскую Булгарию через Киев, Краков и Прагу с Регенсбургом и рынками сбыта русских товаров в Баварском Подунавье. Кроме этого, владение древлянским и волынским отрезками этого пути, который проходил через Устилуг, расположенный при впадении Луги в Западный Буг, давало Киеву возможность контролировать водный маршрут по Бугу который открывал выгоды прямой торговли с Балтикой. Масштабы торговых операций по Западному Бугу и Висле отражены в массовых находках торговых пломб в Дрогичине. Из 15000 шт их общего известного количества 12000 (80 %) обнаружено в Дорогичине и его окрестностях. На Северную Русь приходится лишь 2500 (17 %) пломб, из которых до 1000 найдено в Новгороде и Городце на Волге. Остальные 3 % дали другие земли. Выгодное расположение р. Луги на пересечении торговых маршрутов впоследствии привело к основанию на ней Владимира-Волынского.
Княгиня Ольга положила начало каменному градостроительству на Руси (первые каменные здания Киева — городской дворец и загородный терем Ольги), со вниманием относилась к благоустройству подвластных Киеву земель — новгородских, псковских, расположенных вдоль реки Десна и др.
В 945 Ольга установила размеры «полюдья» — податей в пользу Киева, сроки и периодичность их уплаты — «оброки» и «уставы». Подвластные Киеву земли оказались поделены на административные единицы, в каждой из которых был поставлен княжеский администратор — тиун.
Константин Багрянородный в сочинении «Об управлении империей» (гл. 9), написанном в 949 году, упоминает, что «приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы являются одни из Немогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии». Из этого короткого сообщения следует, что к 949 году власть в Киеве держал Игорь, либо, что выглядит маловероятным, Ольга оставила сына представлять власть в северной части своей державы. Также возможно, что Константин имел сведения из ненадёжных или устаревших источников.

Крещение Ольги в Царьграде. Миниатюра из Радзивилловской летописи.


Следующим деянием Ольги, отмеченным в ПВЛ, является её крещение в 955 году в Константинополе. По возвращении в Киев Ольга, принявшая в крещении имя Елена, пробовала приобщить Святослава к христианству, однако «он и не думал прислушаться к этому; но если кто собирался креститься, то не запрещал, а только насмехался над тем». Более того, Святослав гневался на мать за её уговоры, опасаясь потерять уважение дружины.
В 957 году Ольга с большим посольством нанесла официальный визит в Константинополь, известный по описанию придворных церемоний императором Константином Багрянородным в сочинении «О церемониях». Император именует Ольгу правительницей (архонтиссой) Руси, имя Святослава (в перечислении свиты указаны «люди Святослава») упоминается без титула. Видимо, визит в Византию не принёс желаемых результатов, так как ПВЛ сообщает о холодном отношении Ольги к византийским послам в Киеве вскоре после визита. С другой стороны, Продолжатель Феофана в рассказе об отвоевании Крита у арабов при императоре Романе II (959—963) упомянул в составе византийского войска русов.
Точно неизвестно, когда именно Святослав начал править самостоятельно. ПВЛ сообщает о его первом военном походе в 964.
Западноевропейская хроника Продолжателя Регинона сообщает под 959 годом:

Пришли к королю (Оттону I Великому), как после оказалось лживым образом, послы Елены, королевы Ругов, которая при константинопольском императоре Романе крестилась в Константинополе, и просили посвятить для этого народа епископа и священников.

Таким образом, в 959 Ольга, в крещении Елена, официально рассматривалась как правительница Руси. Материальным свидетельством пребывания миссии Адальберта в Киеве считают остатки ротонды Х в., обнаруженные археологами в пределах так называемого «города Кия».
Убеждённому язычнику Святославу Игоревичу исполнилось 18 в 960, и миссия, посланная Оттоном I в Киев, потерпела неудачу, как о том сообщает Продолжатель Регинона:


962 год. В сем году возвратился назад Адальберт, поставленный в епископы Ругам, ибо не успел ни в чём том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными; на обратном пути некоторые из его спутников были убиты, сам же он с великим трудом едва спасся.

Дата начала самостоятельного правления Святослава достаточно условна, русские летописи считают его преемником на престоле сразу же после убийства древлянами отца его Игоря. Святослав находился всё время в военных походах на соседей Руси, передоверяя матери управление государством. Когда в 968 году печенеги впервые совершили набег на Русские земли, Ольга с детьми Святослава заперлась в Киеве. Вернувшийся из похода на Болгарию Святослав снял осаду, но не пожелал оставаться в Киеве надолго. Когда на следующий год он собирался уйти обратно в Переяславец, Ольга удержала его:



«Видишь — я больна; куда хочешь уйти от меня?» — ибо она уже разболелась. И сказала: «Когда похоронишь меня, — отправляйся куда захочешь». Через три дня Ольга умерла, и плакали по ней плачем великим сын её, и внуки её, и все люди, и понесли, и похоронили её на выбранном месте, Ольга же завещала не совершать по ней тризны, так как имела при себе священника — тот и похоронил блаженную Ольгу[


Монах Иаков в сочинении XI века «Память и похвала князю рускому Володимеру» сообщает точную дату смерти Ольги: 11 июля 969 года.


Крещение Ольги и церковное почитание

Княгиня Ольга стала первым правителем Киевской Руси, принявшим крещение, хотя и дружина, и древнерусский народ при ней были языческими. В язычестве пребывал и сын Ольги, великий князь Киевский Святослав Игоревич.
Дата и обстоятельства крещения остаются неясными. Согласно ПВЛ это произошло в 955 году в Константинополе, Ольгу лично крестили император Константин VII Багрянородный с патриархом (Феофилактом): «И было наречено ей в крещении имя Елена, как и древней царице-матери императора Константина I». ПВЛ и Житие украшают обстоятельства крещения историей о том, как мудрая Ольга перехитрила византийского царя. Тот, подивившись её разуму и красоте, захотел взять Ольгу в жены, но княгиня отвергла притязания, заметив, что не подобает христианам за язычников свататься. Тогда-то и крестили её царь с патриархом. Когда царь снова стал домогаться княгини, та указала на то, что она теперь приходится крёстной дочерью царю. Тогда тот богато одарил её и отпустил домой.
Из византийских источников известно только об одном визите Ольги в Константинополь. Константин Багрянородный описал его подробно в сочинении «О церемониях», не указав года события. Зато он указал даты официальных приёмов: среда 9 сентября (по случаю прибытия Ольги) и воскресенье 18 октября. Такое сочетание соответствует 957 и 946 годам. Обращает на себя внимание длительное пребывание Ольги в Константинополе. При описании приёма называются василевс (сам Константин Багрянородный) и Роман — багрянородный василевс. Известно, что Роман II Младший, сын Константина, стал формальным соправителем отца в 945. Упоминание на приёме детей Романа свидетельствует в пользу 957 года, который считается общепринятой датой визита Ольги и её крещения.
Однако Константин нигде не упомянул о крещении Ольги, как и о целях её визита. В свите княгини был назван некий священник Григорий, на основании чего некоторые историки (в частности, академик Рыбаков Борис Александрович) предполагают, что Ольга посетила Константинополь уже крещённой. В таком случае возникает вопрос, почему Константин именует княгиню её языческим именем, а не Еленой, как это делал Продолжатель Регинона. Другой, более поздний византийский источник (XI века) сообщает о крещении именно в 950-х годах:


«И жена некогда отправившегося в плаванье против ромеев русского архонта, по имени Эльга, когда умер её муж, прибыла в Константинополь. Крещеная и открыто сделавшая выбор в пользу истинной веры, она, удостоившись великой чести по этому выбору, вернулась домой»

О крещении в Константинополе говорит и процитированный выше Продолжатель Регинона, причём упоминание имени императора Романа свидетельствует в пользу крещения именно в 957. Свидетельство Продолжателя Регинона может считаться достоверным, поскольку под этим именем, как полагают историки, писал епископ Адальберт Магдебургский, возглавивший неудачную миссию в Киев (961) и имевший сведения из первых рук.


Согласно большинству источников княгиня Ольга приняла крещение в Константинополе осенью 957, и крестили её, вероятно, Роман II, сын и соправитель императора Константина VII, и патриарх Полиевкт. Решение о принятии веры Ольга приняла заранее, хотя летописная легенда представляет это решение как спонтанное. Ничего не известно о тех людях, кто распространял христианство на Руси. Возможно, это были болгарские славяне (Болгария приняла крещение 865), так как в ранних древнерусских летописных текстах прослеживается влияние болгарской лексики. О проникновении христианства в Киевскую Русь свидетельствует упоминание соборной церкви Ильи пророка в Киеве в русско-византийском договоре (944).
Ольга была похоронена в земле (969) по христианскому обряду. Её внук князь Владимир I Святославич Креститель перенёс (1007) мощи святых, включая Ольгу, в основанную им церковь Святой Богородицы в Киеве. По Житию и монаху Иакову тело блаженной княгини сохранилось от тлена. Её «свѣтѧщєѥсѧ ѩко солнцє» тело можно было наблюдать через окошко в каменном гробу, которое приоткрывалось для любого истинно верующего христианина, и многие находили там исцеление. Все же прочие видели только гроб.
Скорее всего, в княжение Ярополка (970—978) княгиня Ольга начала почитаться как святая. Об этом свидетельствует перенесение её мощей в церковь и описание чудес, данное монахом Иаковом в XI веке. С того времени день памяти святой Ольги (Елены) стал отмечаться 11 июля, по крайней мере, в самой Десятинной церкви. Однако официальная канонизация (общецерковное прославление) произошла, видимо, позднее — до середины XIII века. Её имя рано становится крестильным, в частности, у чехов.
В 1547 году Ольга причислена к лику святой равноапостольной. Такой чести удостоились ещё только 5 святых женщин в христианской истории (Мария Магдалина, первомученица Фёкла, мученица Апфия, царица Елена Равноапостольная и просветительница Грузии Нина).
Память равноапостольной Ольги празднуется православными церквами русской традиции 11 июля по юлианскому календарю; католической и другими западными церквами — 24 июля по григорианскому.
Почитается как покровительница вдов и новообращённых христиан.



Исторические источники об Ольге


Основные сведения о жизни Ольги, признанные достоверными, содержатся в «Повести временных лет», Житии из Степенной книги, агиографической работе монаха Иакова «Память и похвала князю рускому Володимеру» и сочинении Константина Багрянородного «О церемониях византийского двора». Другие источники сообщают дополнительные сведения об Ольге, но их достоверность не может быть точно определена.
Согласно Иоакимовской летописи, первоначальное имя Ольги - Прекраса. Иоакимовская летопись сообщает о казни Святославом за христианские убеждения своего единственного брата Глеба во время русско-византийской войны 968—971 годов. Глеб мог быть сыном князя Игоря как от Ольги, так и от другой жены, поскольку та же летопись сообщает о наличии у Игоря других жён. Православная вера Глеба свидетельствует в пользу того, что он был младшим сыном Ольги.
Средневековый чешский историк Томаш Пешина в сочинении на латинском «Mars Moravicus» (1677) рассказал о некоем русском князе Олеге, ставшем (940) последним королём Моравии и изгнанным оттуда венграми в 949. Согласно Томашу Пешине, этот Олег Моравский был братом Ольги.
О существовании кровного родственника Ольги, назвав его анепсием, упомянул Константин Багрянородный в перечислении её свиты во время визита в 957 году в Константинополь. Анепсий означал, чаще всего, племянника, но также и двоюродного брата.


Память о Святой Ольге

В Пскове есть Ольгинская набережная, Ольгинский мост, Ольгинская часовня.
Со времен Ольги и до 1944 г. на реке Нарве существовал погост и деревня Ольгин Крест.
В Киеве, Пскове и в городе Коростень поставлены памятники княгине Ольге. Фигура княгини Ольги присутствует на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде.
3 января — День памяти княгини Ольги.
В честь княгини Ольги назван залив Ольги Японского моря.
В честь княгини Ольги назван посёлок городского типа Ольга Приморского края.
Ольгинская улица в Киеве.
В Витебске в центре города при Свято-Духовом женском монастыре находится Свято-Ольгинская церковь.
Ордена:
Знак отличия Святой равноапостольной княгини Ольги — учреждён императором Николаем II в 1915.
«Орден княгини Ольги» — государственная награда Украины с 1997.
Орден святой равноапостольной княгини Ольги (РПЦ) — награда Русской Православной Церкви.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Святовит
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 16.02.2016
Сообщения: 2490

СообщениеДобавлено: Вс Мар 06, 2016 9:17 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Игнатий писал(а):
КНЯГИНЯ ОЛЬГА

Княги́ня О́льга, в крещении Еле́на (ок. 920 — 11 июля 969) — княгиня, правившая Киевской Русью с 945 до 960 года после гибели мужа, Великого князя Киевского Игоря Старого. Первая из правителей Руси приняла христианство ещё до крещения Руси
Игнатий, прекратите тащить мусор. Подучите хоть немного русскую историю. Иначе так и продолжите копировать тот материал, в котором излагается неправда. Ольга не была первой, кто поддался иудо-христианству. До неё крестились Бравлин, Аскольд, Дир и князь который организовал нападение на Амастриду (его имя к сожалению источники не донесли).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вс Мар 06, 2016 9:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Святовит писал(а):
Игнатий, прекратите тащить мусор. Подучите хоть немного русскую историю.

Я тебе уже говорил- пошел на хер! Будут меня всякие мудаки-долбославы русской истории учить. Шизоид не понимает,что цитировать что-то и быть согласным с этим -это далеко не одно и тоже.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Святовит
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 16.02.2016
Сообщения: 2490

СообщениеДобавлено: Вс Мар 06, 2016 9:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Игнатий писал(а):
Святовит писал(а):
Игнатий, прекратите тащить мусор. Подучите хоть немного русскую историю.

Я тебе уже говорил- пошел на хер! Будут меня всякие мудаки-долбославы русской истории учить. Шизоид не понимает,что цитировать что-то и быть согласным с этим -это далеко не одно и тоже.
Сразу видно, что уровень знаний вровень с манерами. Балбес ты Игнатий Улыбка
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Ср Мар 09, 2016 4:54 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Жестокосердная Софья




Софья Палеолог, супруга великого князя Ивана III. Антропологи и эксперты-криминалисты помогли историкам узнать об этом человеке подробности, которых нет в письменных источниках. Теперь известно, что великая княгиня была небольшого роста — не более 160 см, болела остеохондрозом и имела серьезные гормональные нарушения, обусловившие мужеподобность облика и поведения. Смерть ее наступила по естественным причинам в возрасте 55—60 лет (разброс цифр обусловлен тем, что неизвестен точный год ее рождения). Но, пожалуй, самыми интересными оказались работы по воссозданию внешности Софьи, благо ее череп хорошо сохранился. Методику реконструкции скульптурного портрета человека давно и активно используют в судебно-розыскной практике, и точность ее результатов многократно доказана.
Мне посчастливилось видеть этапы воссоздания облика Софьи, еще не зная всех обстоятельств ее многотрудной судьбы. По мере того как проявлялись черты лица этой женщины, становилось ясно, насколько жизненные ситуации и болезни ожесточали характер великой княгини. Да иначе и быть не могло — борьба за собственное выживание и судьбу сына не могла не оставить следов. Софья добилась того, чтобы ее старший сын стал великим князем Василием III. Смерть законного наследника, Ивана Молодого, в возрасте 32 лет от подагры до сих пор вызывает сомнения в ее естественности. Кстати, здоровьем князя занимался итальянец Леон, приглашенный Софьей. Василий унаследовал от матери не только облик, который оказался запечатлен на одной из икон XVI века — уникальный случай (икону можно увидеть в экспозиции Государственного исторического музея), но и жесткий характер. Греческая кровь сказалась и в Иване IV Грозном — он очень похож на свою царственную бабушку средиземноморским типом лица.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Ср Мар 09, 2016 5:00 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Елена Глинская


Реконструкция внешности Елены Глинской высветила ее прибалтийский типаж. Братья Глинские — Михаил, Иван и Василий — перебрались в Москву в начале XVI века после неудавшегося заговора литовской знати. В 1526 году дочь Василия — Елена, которая, по тогдашним понятиям, уже засиделась в девках, стала женой великого князя Василия III Ивановича. Умерла она скоропостижно 27—28 лет от роду. Лицо княгини отличалось мягкими чертами. Она была довольно высокого для женщин того времени роста — около 165 см и гармонично сложена. Антрополог Денис Пежемский обнаружил в ее скелете весьма редкую аномалию: шесть поясничных позвонков вместо пяти.
Один из современников Ивана Грозного отмечал рыжину его волос. Теперь ясно, чью масть унаследовал царь: в захоронении сохранились остатки волос Елены Глинской — рыжего, как красная медь, цвета. Именно волосы помогли выяснить причину неожиданной смерти молодой женщины. Это крайне важная информация, ведь ранняя гибель Елены несомненно повлияла на последующие события русской истории, на формирование характера ее осиротевшего сына Ивана — будущего грозного царя.
Как известно, очищение человеческого организма от вредных веществ происходит через систему печень — почки, но много токсинов накапливается и сохраняется длительное время также в волосах. Поэтому в тех случаях, когда мягкие органы недоступны для исследования, эксперты делают спектральный анализ волос. Останки Елены Глинской анализировала эксперт-криминалист кандидат биологических наук Тамара Макаренко. Результаты получились ошеломляющими. В объектах исследования эксперт обнаружила концентрации солей ртути, в тысячу раз превышающие норму. Такие количества организм не мог накопить постепенно, значит, Елена сразу получила огромную дозу яда, что вызвало острое отравление и стало причиной ее скорой смерти. Позднее Макаренко повторила анализ, который убедил ее: ошибки нет, настолько яркой оказалась картина отравления. Молодую княгиню извели с помощью солей ртути, или сулемы, — одного из наиболее распространенных в ту эпоху минеральных ядов.
Так 400 с лишним лет спустя удалось узнать причину гибели великой княгини. И тем самым подтвердить слухи об отравлении Глинской, приведенные в записках некоторых иностранцев, посетивших Москву в XVI— XVII веках.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Ср Мар 09, 2016 5:05 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Просто «Евдокея»

Так лаконично был отмечен белокаменный саркофаг Евдокии Дмитриевны, жены Дмитрия Донского. До сих пор жизнь этой великой княгини остается за рамками научных публикаций, что объясняется скудостью упоминаний о ней в средневековых хрониках. Неизвестно, когда в семье нижегородского и суздальского князя Дмитрия Константиновича родилась девочка Евдокия. Не знаем мы и о ее детских годах, которые, впрочем, должны были закончиться ранним замужеством.
В 1366 году в Коломне состоялась свадьба Евдокии и юного московского князя Дмитрия Ивановича. В их семье родились 11 детей (первенец Василий появился в 1371-м, последний — Константин — в 1389-м). Угрозы военных набегов неоднократно заставляли великую княгиню покидать Москву. Так, в августе 1382 года, когда она только-только родила сына Андрея, к городу подходил хан Тохтамыш с огромным войском. Вместе с ним заодно выступили и родные братья Евдокии — Василий и Семен. Это из-за их предательства Тохтамышу удалось захватить и сжечь Москву. Дмитрий Донской тогда покинул город, чтобы собрать войско для отпора врагам, а великая княгиня с новорожденным сыном смогла вырваться из Кремля вместе с митрополитом Киприаном буквально перед приходом ордынцев. Горожане сперва не хотели выпускать из крепости жену отсутствующего великого князя, и, останься Евдокия в Москве, при захвате города она бы несомненно погибла.
Дмитрий Донской умер 19 мая 1389-го, не дожив до 40 лет. Он оставил завещание, в котором упоминается наследство великой княгини, в том числе стада животных и золото с серебром. Не забыл великий князь лишний раз поддержать авторитет своей жены в семье: «А вы, дети мои, слушайте своей матери во всем, из ее воли не выступайте ни в чем. А который сын мой будет не в ее воли, на том не будет моего благословенья». Годы после смерти мужа Евдокия посвятила заботам о подрастающих детях, строительству в Москве храмов, обустройству Вознесенского монастыря и некрополя в нем.
Умерла она 7 июня 1407 года. Вот, собственно, и все, что было о ней известно, до тех пор, пока шесть веков спустя ее останки не стали объектом изучения. Сохранность черепа жены Дмитрия Донского оказалась хорошей, что позволило воссоздать лицо Евдокии. Многолетний опыт, методики, проверенные на сотнях судебно-медицинских экспертиз, художественный талант эксперта-криминалиста Сергея Никитина вернули из прошлого облик княгини Евдокии, маленькой хрупкой женщины, отдельные эпизоды жизни которой чудом сохранились на страницах русских летописей. В чертах княгини видны мягкость и сосредоточенность, отсутствие презрения и величия, которые появляются на многих портретах императриц и других царственных особ XVIII—XIX веков.
Ученые выяснили, что женщина, перенесшая столько ударов судьбы, не отличалась особой статью, ростом она была около 155 см. На скелете Евдокии Дмитриевны не нашли следов прижизненных травм и серьезных заболеваний. Но нервных нагрузок она перенесла немало. Вдовые великие княгини часто в конце жизни постригались в монастырь — так же поступила и Евдокия. Состояние костного аппарата говорит о том, что она вряд ли перешагнула 55-летний рубеж, хотя по тем временам такой возраст был большим достижением. Удивило исследователей и то, что кости княгини не содержали обычного для многих останков этого некрополя повышенного количества свинца, ртути и мышьяка. В Средние века многие знатные женщины пользовались пудрой, притираниями и лекарствами на основе токсичных веществ. Десятилетиями их организмы накапливали яды, что не могло не сказаться на здоровье, однако к быстрой смерти, как в случае с Глинской, это не приводило — дозы поступали небольшие. Евдокия же, видимо, вела скромный образ жизни, в котором не было места дорогой и вредной косметике.





http://nazar1937.livejournal.com/56431.html?thread=631663
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Пн Янв 09, 2017 5:03 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Владимир не насиловал Рогнеду





Обдолбанный мухоморами князь на грязном полу залезает на белокурую юную пленницу. На этот позор смотрят не только её мать и отец, которых затем убивают, но и дружинники-варяги, бьющие мечами в щиты. Грязная сцена изнасилования Рогнеды стала кульминацией хитового «исторического» фильма «Викинг». В некоторых кинотеатрах ленту показывают в двух вариантах, с изнасилованием и без, что существенно влияет на возрастную маркировку.

Историки, археологи, писатели, кинематографисты разнесли «Викинга» буквально на бревна, хотя напористая реклама, атмосфера скандала и давление новгодней скуки делают свое дело – фильм стремится ко все новым и новым кассовым успехам. Многие идут специально «на изнасилование», тем более, что с его историчностью, в отличие от многих других сцен фильма, вроде бы не поспоришь.

Создатели «Викинга», конечно, выразились, мягко говоря неточно, когда утверждали, что их сценаристом был Нестор. В «Несторовой летописи», то есть «Повести временных лет», никакого изнасилования Рогнеды нет. Там кратко рассказывается как Владимир посватался к дочери правителя Полоцка Роговолода – Рогнеде. Она отказала, сославшись на его рабское происхождение и заявила, что хочет выйти за брата Владимира – Ярополка, княжившего в Киеве. Владимир с большим войском взял Полоцк, убил Роговолода и его сыновей, а Рогнеду, уже собиравшуюся к своему киевскому жениху, взял себе в жены. Под 1000 годом ПВЛ также сообщает о смерти Рогнеды, названной «матерью Ярослава»

История позора дочери Роговолода – изнасилование её Владимиром по приказу «злого гения» Добрыни на глазах отца и матери, попытка убийства ею Владимира из ревности, попытка Владимира казнить её, прерванная маленьким Изяславом, и выделение ей и сыну удела в Полоцке содержится в Лаврентьевской летописи, одном из древнейших сохранившихся летописных списков созданном около 1370 года, где она читается на обороте 99 листа под 6636 от сотворения мира (1138) годом в отдельной повести, посвященной происхождению сепаратного от Киева Полоцкого княжения (далее для простоты мы будем назвать эту повесть «полоцкой легендой»).

Слово в слово эта же повесть читается и в Радзивилловской летописи, переписанной в конце XV века в Западной Руси, возможно что и в том же Полоцке, и украшенной интересными миниатюрами-иллюстрациями, среди которых несколько посвящены и Рогнеде. Сходство Лаврентьевской и Радзивилловской летописи объясняется учеными тем, что они восходят к Летописному своду, составленному во Владимире в 1205 году.

Однако в состав «Повести временных лет» история о публичном изнасиловании дочери Роговолда, повторюсь, не входит – и ни в одной летописи, кроме восходящих к Владимирскому Своду 1205 года она не встречается
«Полоцкая легенда» появляется в летописях не в связи с биографией Владимира, а в связи с ранней историей Полоцкого княжения, а потому её статус как источника по истории Крестителя Руси сильно колеблется в зависимости от источниковедческой позиции историка. Н.М. Карамзин, несмотря на то, что в молодости мечтал написать русскую историю с «яркими картинами» от включения в свою «Историю» этого сюжета воздержался, ограничившись лишь скептическим замечанием, что Нестор молчит о таком «гнусном обстоятельстве». Зато С.М. Соловьев уделяет этому сюжету несколько страниц, пространно объясняя позор Рогнеды гневом Добрыни, происхождение чьей сестры, а значит и его собственное, она оскорбила своими словами о «робичиче».

В современной историографии одни авторы, в основном научно-популярные, следуют тем же путем, что и сценаристы «Викинга» – лихо переписывают полоцкую легенду в историю Владимира. Другие – осторожно оговариваются, что вот в позднейших источниках, сохранившихся в Лаврентьевской версии, есть и такой вариант истории. Третьи после подробного разбора сказочных корней этой истории с определенностью подчеркивают, что фольклорный и символический характер рассказа об изнасиловании дочери Роговолода «не позволяет расценить его как надежный исторический источник» (Милютенко Н.И. Святой равноапостольный князь Владимир и крещение Руси. Древнейшие письменные источники. СПб., 2008 с. 133).

Особое место тема насильственного брака Рогнеды и Владимира занимает у белорусских националистов, рассматривающих княжество Роговолода как «прото-Беларусь», брак Владимира и Рогнеды как образ насильственной оккупации Россией, а предоставление Владимиром удела Изяславу и Рогнеде, как возвращение независимости
Владимир Арлов и Змицер Герасимович, авторы широко продаваемого сейчас в республике красочного альбома «Страна Беларусь» (издан в Братиславе в 2013 году с отличной полиграфией и текстами на трех языках), безбожно контаминируя разные версии и играя на нервах фанатов «Игры престолов», рисуют такую картину:

«Полоцк был предан огню и разрушен, а Рогволод с семьей попал в плен. По приказу Владимира полоцкий князь, его жена и двое сыновей были убиты. Эти трагические события, известные как «кровавая свадьба», разыгрались около 980 года. Плененную полоцкую княжну Рогнеду Владимир против её воли сделал своей женой».

Однако и белорусские националисты, заметим, посовестились повторять рассказ об «изнасиловании на глазах отца и матери», хотя приписали Владимиру другое преступление, которого в полоцкой легенде нет – убийство жены Роговолода. Лаврентьевская летопись говорит о том, что Добрыня велел Владимиру надругаться над дочерью Роговолода на глазах у родителей, а затем убил её отца. Про убийство матери ничего не говорится.

Зато «щедрые» российские кинематографисты решили не стесняться и показали, как русский князь насилует полоцкую княжну, которую играет актриса-белоруска, на глазах родителей, а затем их убивает.

То есть «Первый канал» превзошел даже сочинения белорусских националистов. И всё это на фоне заявлений Александра Лукашенко с обещаниями «защитить белорусский народ от унижений». Тут уже впору задавать сакраментальный вопрос: «Глупость или измена?»
Давайте попробуем разобраться в этом сюжете из ранней русской истории, который, как видим, может иметь далеко идущие политические последствия.

Сведения «Повести временных лет» о браке Владимира и Рогнеды – это рассказ об одном из эпизодов династической войны сыновей Святослава. Князь-завоеватель погиб в битве с печенегами у днепровских порогов в 972 году, но еще прежде, уходя с Руси, на которую не желал возвращаться, намереваясь княжить в Болгарии, он раздал сыновьям основные княжения: старшему Ярополку – Киев, среднему Олегу – Древлянскую землю, младшему Владимиру – Новгород.

Владимир был сыном князя Святослава и Малуши — ключницы (то есть заведующей домашним хозяйством) княгини Ольги. Отцом Малуши и её брата Добрыни (будущей правой руки князя и былинного богатыря) называется «Малк Любечанин». Некоторых исследователей соблазнило созвучие его имени с именем убийцы Игоря – древлянского князя Мала, но это очевидная натяжка – Ольга конечно не стала бы держать детей уничтоженного ею убийцы её мужа так близко.

Малуша, вероятно, была несвободной и не считалась ровней Святославу, поэтому поздние и малодостоверные источники, типа Никоновской летописи XV века даже сочиняют историю, что Ольга в гневе отослала Малушу в своё село «Будутину весь» (скорее всего Выбуты под Псковом), где Владимир и родился. Но в ПВЛ ничего такого нет, Владимир впервые упоминается под 968 годом, когда Ольга с внуками осаждена печенегами в Киеве и Владимир называется наравне с другими братьями.

Мог ли Владимир считаться «бастардом»? Видимо нет, даже в христианской Западной Европе той эпохи разница «бастарда» и «законного сына» была весьма условна
Знаменитый Вильгельм Завоеватель, герцог Нормандии и покоритель Англии, так же известен как «Вильгельм Бастард». Это значило, что брак его отца герцога Роберта и матери Герлевы заключен был не по христианскому, а по «датскому» праву – more danico, то есть традиционным обычаям скандинавов. Таким же обычаям, скорее всего, следовал и Святослав, женивший, к примеру, сына Ярополка на пленной греческой монахине. Поэтому и брак с Малушей и рождение Владимира были вполне легитимны.

Любопытно, что Вильгельм стал в позднейших легендах Фландрии фигурантом истории, которая совпадает с историей Владимира и Рогнеды. Герцог посватался к Матильде, дочери графа Фландрии, но та ответила, что никогда не выйдет замуж за бастарда. Тогда, по легенде, Вильгельм прискакал во Фландрию, избил Матильду, бросил её на пол и изорвал на ней платье шпорами (прозрачный намек на изнасилование). Разумеется, — это выдумка от начала и до конца, Вильгельм и Матильда жили долго и счастливо, несмотря даже на попытки Папы Римского помешать их браку. Но эта зеркальная история позволяет лишний раз усомниться в полоцкой легенде – слишком уж типологически сходны обе сказки.

Под 970 годом ПВЛ рассказывает как к Святославу пришли просить сына на престол новгородцы, угрожая иначе искать князя на стороне. «А бы пошел кто к вам» — якобы отвечает Святослав (систематическое издевательство над новгородцами – характерная черта ПВЛ). Ярополк и Олег отказываются идти на Север и тогда Добрыня подговаривает новгородцев просить себе Владимира. Так Владимир становится новгородским князем.

У нас есть все основания не доверять этому анекдоту. Маленький Святослав при жизни Игоря сам считался новгородским князем, о чем свидетельствует трактат василевса Константина Багрянородного «Об управлении империей»: «приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы являются одни из Немогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии». Да и позднее складывалось так, что Новгородом правил либо старший сын великого князя – Вышеслав, сын Владимира, Мстислав Великий, сын Владимира Мономаха, либо, напротив, новгородский князь становился наследником Киева – сам Владимир, Ярослав Мудрый. Новгород был престижным столом, возможно более престижным, чем беспокойная Древлянская земля, доставшаяся среднему брату Олегу.

С этой земли, роковой для Рюриковичей, и началась кровавая распря между братьями
Когда-то в 945 году дружина князя Игоря позавидовала дружине Свенельда, воеводы, который, по сообщению «Новгородской первой летописи» имел право собирать дань с древлян и уличей. Игорь и дружина тоже решили пограбить древлян, причем дважды, что закончилось убийством Игоря возмущенными древлянами и их мятежом, жестоко подавленным Ольгой.

Тридцать лет спустя всё снова началось со Свенельда, бывшего правой рукой Святослава, пытавшегося предостеречь того не ходить порогами, а теперь служившего Ярополку Святославичу. Сын Свенельда Лют въехал с охотой в Древлянскую землю. Это разъярило князя Олега Святославича который, возможно, увидел тут притязание на возобновление прав Свенельда на древлянскую дань, и поэтому Люта убил. Жаждущий мести Свенельд разжег распрю и Ярополк пошел войной на брата, разбил его, после чего отступающий Олег попал в давку на мосту крепости Овруча и был сброшен в ров. Когда Ярополку удалось найти тело брата во рву, заваленное горой человеческих и конских трупов он с упреком бросил Свенельду: «Вижь сего ты еже еси хотел!». Интересно, что после этого Свенельд в источниках не упоминается – очевидно Ярополк не простил ему гибели брата и наложил на старого воеводу опалу.

Гибель Олега стала сигналом для Владимира, что так могут поступить и с ним. Он бежал за море и вернулся лишь через два года с сильной норманнской дружиной
Выгоняя посадников Ярополка из Новгорода Владимир велел передать ему: «Володимер ти идет на тя пристраиваися противу бится». Тем самым молодой князь подчеркнул, что является истинным наследником рыцарских традиций Святослава, так же открыто предупреждавшего противников: «Иду на вы».

Именно в начале войны Владимира против Ярополка и произошла история с Рогнедой, лапидарно описанная в «Повести временных лет» (цитирую по Лаврентьевскому списку):

«Посла ко Рогъволоду Полотьску глаголя хочю пояти тьчерь твою собе жене он же рек тьчери своеи «хочеши ли за Володимера» оно же рече «не хочю розути робичича но Ярополка хочю» бе бо Рогъволод пришел изаморя имеяше власть свою в Полотьске а Туры Турове от негоже и Туровци прозвашася придоша отроци Владимирови и поведаша ему всю речь Рогънедину и дъчерь Рогъволожю князя Полотьского. Володимр же собра вои многи Варяги и Словени Чюдь Кривичи и поиде на Рогъволода в се же время хотяху Рогънедь вести за Ярополка и приде Володимеръ на Полотескъ и оуби Рогъоволода и сына его два и дочерь его поя жене».

Смысл этой истории совершенно ясен. Полоцк на Западной Двине был важнейшим стратегическим пунктом, контролировавшим не только Западнодвинский торговый путь, но и речной переход между ведшей на север Ловатью и ведшим на юг Днепром. Добраться от Новгорода до Смоленска и Киева иначе чем через притоки Западной Двины было невозможно. Поэтому, если Полоцк находился во враждебных руках, Владимир оказывался заперт в Новгороде.

Вопрос о принадлежности Полоцка соперничающие братья пытались решить типичным средневековым способом – через брак с Рогнедой — дочерью правителя Полоцка скандинава Роговолода
Рогнеда сделала выбор в пользу казалось более надежного варианта – Ярополка, князя Киевского, а не в пользу молодого претендента, к тому же насмехаясь над «рабским» происхождением Владимира. В Полоцке начали подготовку к отправлению Рогнеды к Ярополку.

Этот планировавшийся брак не был лишен двойного дна. И дело не в том, что у Ярополка уже была жена «грекиня», в конечном счете и Владимир уже был женат на чешке, родившей ему сына Вышеслава. Двойное дно состояло в том, что Ярополк к тому моменту активно вел переговоры с германским императором Оттоном II о браке с императорской родственницей и не исключено, что в приготовление к этому браку был крещен, как минимум – оглашен. Так что пробыть «женой Ярополка» Рогнеде предстояло максимум несколько месяцев, после чего немецкие послы конечно строго следили бы за нерушимостью высокого династического союза. В этом смысле предложение Владимира было, конечно, куда как честнее.

Ответ Владимира был решительным – услышав от своих посланцев речи Рогнеды он собрал «большую коалицию», характерную для походов северян на юг, и сорвал отправление Рогнеды к Ярополку, взял Полоцк, казнил Роговолда и его наследников сыновей, а на Рогнеде женился, после чего отправился на юг, где победил Ярополка силой, выманив его войско из Киева и заморив его голодом в городке Родне, а затем убил брата обманом.

Женитьба Владимира и Рогнеды после взятия Полоцка интересна тем, что её стратегические мотивы отпали, Владимир и так владел Полоцком по праву завоевателя
Можно конечно предположить, что полочане были так привязаны к династии Роговолода, что иначе нельзя было гарантировать их верность, но такая гипотеза касательно недавно появившегося в городе варяга-находника была бы чересчур смела.

Рогнеда жила с Владимиром если и не счастливо (что было трудно при немыслимом количестве жен и любовных связей Владимира), то долго. Летописи числят за нею нескольких сыновей и дочерей, включая полоцкого князя Изяслава (умершего еще при жизни отца) и знаменитого Ярослава, после династической войны со Святополком, ставшего знаменитым на весь мир правителем Руси – героем скандинавских саг и византийских хроник, тестем французского, венгерского и норвежского королей. Род Рогнеды, таким образом, стал славен по всему миру и все русские князья-Рюриковичи были её потомками. Под 1000 годом «Повесть временных лет» сообщает: «Преставися Мальфредь в се же лето преставися и Рогънедь, мати Ярославля».

Вот из этой большой истории и предпринята попытка выкроить в «полоцкой легенде» маленькую историю о правах сепаратного княжества, для чего сухая летописная фактура и наполнена трагедийным мелодраматизмом
Рассказ Лаврентьевской летописи об изнасиловании Владимиром полоцкой княжны выглядит так:

«Роговолоду держащу и владеющу и княжащу Полотьскую землею, а Володимеру сущу Новегороде детьску сущю еще и погану и бе у него Добрына воевода и храбор и наряден муж сеи посла к Роговолоду и проси у него дщере за Володимера он же рек дъщери своеи «хощещи ли за Володимера» она же рече «не хочю розути робичича но Ярополка хочю» бе бо Рогволод пришел изъ заморья имеяше волость свою Полтеск слышавше же Володимер разгневася о тои речи оже рече «не хочу я за робичича» пожалиси Добрыня и исполнися ярости и поемше вои идоше на Полтеск и победиста Роговолода. Рогъволод же вбеже в город и приступивше к городу и взяша город и самого яша и жену его и дщерь его и Добрыня поноси ему и дщери его нарек еи «робичица» и повеле Володимеру быти с нею пред отцем ея и матерью потом отца ея уби а саму поя жене и нарекоша еи имя Горислава и роди Изяслава».

Начинается эта годовая статья с полоцких известий: «Преставися князь Полотьскыи Борис [Всеславич]…». А продолжается история дочери Роговолда еще более драматическим рассказом о том, что Владимир оставил её ради иных жен. Она пытается убить мужа, а когда это не удается, жестоко его упрекает: «зане отца моего уби и землю его полони мене деля и се ныне не любиши мене и съ младенцем сим». Владимир хочет казнить её и «повеле ею устроитися во всю тварь царскую якоже в день посага ея и сести на постеле светле в храмине». То есть составитель повести уже забыл, что Владимир изнасиловал дочь Роговолда и теперь князь требует от нее одеться в свадебные одежды и следовать свадебному ритуалу. Она же велит своему сын Изяславу, только что названному «младенцем», встать на пути отца с обнаженным мечом и тем самым посеять у Владимира сомнения в правоте своего поступка. Посовещавшись же с боярами Владимир решает «воздвигнуть отчину ея», да еще и строит в честь сына город Изяславль. Заканчивается повесть следующим резюме: «оттоле мечь взимают Роговолжьи внуци противу Ярославлим внуком». То есть перед нами история о происхождении борьбы «Роговолжьих внуков» против Ярославичей, и в самом деле кипевшей весь XI век, особенно при князе Всеславе («Волхе Всеславиче» из «Слова о полку Игореве»).

Что сразу обращает на себя внимание в этом рассказе вставленном в Лаврентьевскую летопись? Рогнеда ни разу не названа по имени
Она называется сперва «дочерью Роговолода», потом Гориславой, а дальше и вовсе никак, безликим «она». Автор «полоцкой легенды» называет её как угодно, но только не Рогнедой. Почему? Совершенно очевидно. Потому что в той же летописи Рогнеда – это мать Ярослава… Вся концепция легенды обосновывающей вражду и особые права полоцких Изяславичей против киевских Ярославичей рухнет, если окажется, что и Ярослав и Изяслав сыновья одной матери. Ярослав такой же точно «Роговолжий внук» и его потомки имеют те же материнские права на Полоцк. Поэтому «дщерь Роговолода» называется в «полоцкой легенде» как угодно, но не Рогнедой.

При этом самое поверхностное текстологическое наблюдение показывает прямую текстуальную зависимость «полоцкой легенды» от «Повести временных лет». «Ударный» момент обоих рассказов совпадает слово в слово: «он же рек дъщери своеи «хощещи ли за Володимера» она же рече «не хочю розути робичича но Ярополка хочю» бе бо Рогволод пришел изъ заморья имеяше волость свою Полтеск».

Вариантов тут только два. Первый: составитель «полоцкой легенды» сочинил её взяв за основу известие ПВЛ. Второй: составитель ПВЛ взял за основу некий первоисточник, содержавший «полоцкую легенду» и сократил его, убрав Добрыню и «гнусные обстоятельства», но во Владимирский свод 1205 года, скопированный в Лаврентьевскую и Радзивиловскую летописи история Рогнеды попала в первоначальном виде
Второй точки зрения придерживался знаменитый русский филолог академик А.А. Шахматов, однако его авторитет, как ни странно, говорит против этой версии. Гипотезы Шахматова почти всегда были смелы и фантастичны и за редким исключением не подтвердились. Шахматов всюду искал устные былинные первоисточники ПВЛ и, конечно, в «полоцкой легенде» с участием Добрыни он увидел такую «сагу», на которой базировались летописи.

Однако реальная работа русских летописцев была в большей степени книжной, письменной, а не собиранием устных легенд. И в истории дочери Роговолода её составитель при редактуре первоначального текста ПВЛ забывает «висящие концы». Сообщив в начале повести «Роговолоду держащу и владеющу и княжащу Полотьскую землею» он затем оставляет выписанное из ПВЛ «бе бо Рогволод пришел изъ заморья имеяше волость свою Полтеск», сократив только упоминание Турова.

В ПВЛ информация о том, что Роговолод имел свою волость – Полоцк осмысленна, так как нигде выше о статусе Роговолода не сообщается. В «полоцкой легенде» Лаврентьевской и Радзивилловской летописей эта информация лишена всякого смысла, так как выше уже пышным книжным языком более позднего времени сообщено, что Роговолод держит, и владеет и княжит Полоцкой землею. Гораздо более архаичная формула «имеяше волость свою Полтеск» торчит неловким заусенцем, выдавая, что составитель полоцкой легенды использовал текст ПВЛ.

Чтобы читатель наглядней понял текстологическое соотношение повести о Рогнеде в ПВЛ и «полоцкой легенды» приведем такую аналогию.

Представим себе, что в 1981 году в Москве в издательстве «Правда» публикуется книга «Дневник Татьяны Лариной». В предисловии сказано, что перед нами подлинный дневник дворянки XIX века, который Пушкин использовал в работе над «Евгением Онегиным», а затем скрыл от публики
Дневник содержит шокирующие подробности, смягченные Пушкиным в романе, и фразы типа «мне рано начали нравится романы», «этот москвич в гарольдовом плаще изнасиловал Ольгу, бедный Ленский пытался за неё заступиться, но погиб смертью смелых» и т.д.

Нам будет совершенно очевидно, что автор фальсификации мнимого первоисточника использовал весьма характерные обороты пушкинского языка, выдающие, что это он списывал у Пушкина, а не наоборот. Ту же «ошибку» сделал и составитель «полоцкой легенды» – зависимость сочиненной им мелодрамы с изнасилованиями, убийствами и женскими слезами от суховатого первоисточника в ПВЛ слишком текстологически наглядна.

Автор добавил в сюжет Добрыню, заимствовав его, скорее всего, из статьи ПВЛ о вокняжении Владимира в Новгороде. Дядька понадобился в этой истории за тем, чтобы вина за гнусное преступление не легла на самого Владимира (ему ведь еще предстоит выделить отчину Изяславу, а значит нужно сохранить его авторитет). Зато из версии ПВЛ составитель «полоцкой легенды» вырезает «отроков» – дружинников Владимира, которые слышат дерзкие речи Рогнеды и передают их князю. В «полоцкой легенде» получается так, что Владимир слышит эти слова сам и бежит жаловаться Добрыне, воспылавшем яростью на поношения дочери Роговолда и решившего отомстить ей большим позором.

Называние «робичицей», публичное надругательство на глазах отца и матери, переименование в Гориславу, — всё это нагромождение фольклорных подробностей очень мало вяжется со второй частью легенды, где княгиня посягает на убийство мужа
Она выступает здесь как законная жена и упрекает Владимира не в изнасиловании и позоре, а в захвате земли и убийстве отца, совершенных ради брака: «зане отца моего уби и землю его полони мене деля и се ныне не любиши мене и съ младенцем сим». Дочь Роговолода во второй части «полоцкой легенды» выступает не как опозоренная рабыня, а напротив – как царица. Владимир «повеле ею устроитися во всю тварь царскую якоже в день посага ея и сести на постеле светле в храмине». То есть Владимир велит ей встретить смерть одетой в царские одежды как в день свадьбы, что предполагает торжественный обряд, а никак не позорящее изнасилование.

Вторая часть «полоцкой легенды» ощутимо противоречит первой и, скорее всего, имеет другое просихождение. История о покушении матери Изяслава на мужа — Владимира – локальная легенда, обосновывающая особый статус притязания Полоцкого княжества под властью Изяслава на особый статус среди Русских Земель. А вот история изнасилования это своеобразный «приквел» к этой легенде, сочиненный полоцким (по всей видимости) летописцем на основе известия из ПВЛ с добавлением ярких подробностей.

Каким образом эта локальная легенда вообще сохранилась в русском летописании? Злую шутку сыграла ликвидация независимости Полоцка в 1129 году сыном Мономаха Мстиславом Великим
Он упразднил власть династии Изяславичей и сослал их в Византию (обычная для XII века форма устранения политических конкурентов на Руси). В качестве «трофеев» овладевших Полоцком Мономашичей стали и местные летописи, которые и были включены в летописание Переяславля Русского (Южного), которое послужило основой для северного Владимирского летописания вплоть до Свода 1205 года.

Так «полоцкая легенда» дожила наряду с официальной до тех времен, когда историки стремились найти в летописях максимум сведений при минимальной критической оценке, а потому, в большинстве своем (за исключением, как мы видели, Карамзина) отнеслись к «полоцкой легенде» с восторгом и без особой критики – ведь она давала именно то, чего так не хватало в большинстве русских летописей – драму, страсть, эмоции, женские слезы, постельные сцены, кровь и жестокость. Обычные для западных средневековых хроник эти повествовательные элементы в русских летописях представлены крайне скупо и «полоцкая легенда» – одно из редких исключений. Это должно было бы насторожить, но вместо этого история об изнасиловании Рогнеды начала путешествие от книги к книге и вот добралась до киноэкрана.

Единственное, за что можно похвалить «Викинга», это за то, что представленная в фильме данная грязная сцена ставит вопрос для историков ребром
Должен быть проведен тщательный источниковедческий анализ «полоцкой легенды» и зафиксировано её соотношение с «Повестью временных лет». Должен быть констатирован легендарный статус этой записи в Лаврентьевской летописи под 1128 годом и использование её при изложении истории князя Владимира должно быть прекращено (особенно без оговорок и ясного обоснования), как мы не пишем в исторических работах о былинных «походе на Киев Идолища Поганого» или «торговых контактах новгородских купцов с царем морским».

История Владимира и Рогнеды была частью большой политической борьбы за киевский стол в конце 970-х годов. Не желая допустить, чтобы Полоцк, через брак Ярополка с Рогнедой, оказался под контролем соперника, Владимир после неудачного сватовства к Рогнеде, захватил город силой. Брак с Рогнедой принес Владимиру немало детей, среди которых самым знаменитым стал Ярослав «иже от Рогнеды родися» — как напоминала в XVI веке официозная «Степенная книга». Рогнеда стала, таким образом, прародительницей всех русских князей Рюриковичей, правивших Россией до конца XVI века.

И не случайно, что один из последних Рюриковичей – Иван Грозный, считал Полоцк своей отчиной и относился к взятию этого города в Ливонскую войну как к важному достижению. Он ощущал себя потомком Рогнеды – не мнимой «Гориславы» полоцкой легенды, а подлинной Рогнеды «Повести временных лет» – жены Владимира и матери Ярослава.

https://um.plus/2017/01/08/vladimir-ne-nasiloval-rognedu/
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Фев 14, 2017 8:41 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ирина Годунова. Реконструкция по черепу.



Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Фев 14, 2017 8:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Цитата:
Маша Старицкая - девочка, которой почти 500 лет, одиннадцатилетняя племянница Ивана Грозного, которая была убита Малютой Скуратовым в 1569 году. Ее лицо воссоздано буквально из праха в 2005 году. Антропологов потрясло состояние скелета девочки - слишком явственны в нем следы заболевания рахитом. Это первый в нашей стране реконструированный портрет ребенка периода русского средневековья.


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Вт Фев 14, 2017 8:50 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Тёща Грозного. Мать Анастасии Романовны.


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Сб Янв 13, 2018 9:21 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Улыбка




Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игнатий
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 24.09.2012
Сообщения: 7819

СообщениеДобавлено: Пт Фев 02, 2018 8:26 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Похоть и кровь в Торжке (осень, зима 1406/1407гг.)

В 1404 г. Литовский великий князь Витовт после трех осад наконец захватил Смоленск. В этот раз в городе не было смоленского князя Юрия Святославича, часть смоленских бояр вступили в сговор с Витовтом и открыли ворота литовскому князю. В Смоленске литовцами была захвачена в плен жена смоленского князя, а также верные Юрию князья и бояре после чего Витовт "заточи ихъ, а иныхъ смертью казни". Узнав о падении города Юрий Святославич отправился в Новгород "с сыном своим с Феодором и с князем Семеном Мстиславичем Вяземъским и з братом своим с князем Володимером Святославичем. Новогородцы же приаша" его в качестве сужилого князя и дали 13 пригородов в "кормление". Юрий оставался новгородским служилым князем только два года. В 1406 г. «той осени отьиха из Новагорода князь Юрьи на Москву». На это его вынудила пойти новая агрессия Витовта против русских земель так, согласно Тверской летописи, именно переезд Юрия послужил поводом для литовского князя объявить войну Новгороду и поддержавшему его Пскову.

Великий князь Василий Дмитриевич Московский разорвал мир с Витовтом "за псковичь" и двинул войско в литовские земли. Тут же Юрий Смоленский был принят на службу московским князем и получил в "кормление" пограничный с Литвой Торжок. С Юрием Святославичем на московскую службу пришел и весь двор смоленского князя в том числе князь Семен Вяземский с женой Ульяной.

На новом месте Юрий устроил пир. С тяжелым сердцем князь осушал один за другим кубки, еще недавно великий князь Смоленский он стал князем-изгоем, вынужденным продавать свой меч за звонкую монету Новгороду и Москве. Поднимают здравницу вассалы и Семен Вяземский и его красавица-жена Ульяна. И опять сжигает душу Юрия Смоленского зависть и ревность - его жена в литовском плену. Что-то случилось, возможно, неосторожные слова Семена Мстиславича, улыбка чувственных губ Ульяны Вяземской, смех молодой женщины или все это вместе и хмель в голове пирующих князей вызвало вспышку ярости у смоленского князя. "Оуязви диявол в срдце князю Юрью" и уже лежит зарубленный Семен Мстиславич, а Юрий тащит на ложе его жену Ульяну, объятый "плотным хотением", смоленский князь начинает насиловать княжну, но та "хотяше ударити князя Юрья в гортань" ножом. Юрий увернулся и нож попал ему "въ мышку", Ульяна вырвалась и побежала. В ярости Юрий Смоленский догнал княжну и "изсеча ея" после чего приказал "рукы и ногы отсещи" и выбросить останки в реку.

После преступления Юрий "не могии трьпети срама, и горкаго безверемянья, и безчестия, и студа" бежал в Орду, но не найдя там применения себе или даже но дойдя до Орды, он нашел приют в землях своего тестя и брата по оружию - Олега Рязанского, умершего еще в 1402г. Там в рязанском монастыре он обрел свое последнее пристанище и умер в 1407г.


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> История Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Visitor Map
Create your own visitor map!


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
subRebel style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS