Список форумов
СЛАВЯНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Катакомбная КИО
На страницу 1, 2, 3  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> Археологические культуры
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Чт Сен 28, 2017 4:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

А. В. Кияшко, Е. П. Сухорукова. О волго-донском варианте полтавкинской культуры (http://www.archaeolog.ru/media/ksia/KSIA-225_site.pdf), сс. 54-69:

«Для успешного решения вопросов культурогенеза эпохи бронзы Нижнего Поволжья и волго-донских степей необходима организация постоянно расширяющейся базы археологических источников в разнопорядковые пространственно-временные структуры: общности, культуры, варианты. Опыт такого, по возможности дробного, структурирования материалов Нижнего Поволжья в последние годы пополнился разработками посткатакомбных древностей финала средней бронзы, покровских памятников (Мимоход, 2004; Лапшин, 2006).
Определенный прогресс в изучении культур катакомбной общности позволил в самом общем плане определить динамику культурно-исторического развития на востоке катакомбного мира, на территории волго-донских степей (Кияшко, 2002). Учет иерархии основных признаков археологической культуры – эпохального статуса металлургии, региональной специфики разновидностей погребального обряда, локального значения керамической традиции – помогает разобраться в сложной картине взаимодействия в эпоху средней бронзы на вышеназванной территории. Главным вектором этих процессов была, на наш взгляд, устремленность различных периферийных по отношению к Кавказу племен к этому центру культурных влияний в эпоху ранней и средней бронзы. Формирование полтавкинской культуры стало одним из проявлений этого движения.
В историографии существуют разные оценки культурной специфики и хронологии полтавкинских памятников. Это, с одной стороны, признание их в качестве особой археологической культуры и даже культурно-исторической общности (Качалова, 1965; 1983; 2001; Васильев, 1979а; 1979б; Кузнецов, 1989; 1991), с другой стороны – всяческое снижение статуса этих памятников. Уже после основных работ названных апологетов полтавкинской культуры ее стремились ограничить таксономически (рассматривали лишь в качестве ступени или раннего этапа срубной культуры: Синицын, 1959; Шилов, 1975), территориально (исключали, например, Южное Приуралье из ареала культуры: Шилов, 1975; 1991; Моргунова, 1991), хронологически (относили к полтавкинским либо ранние, либо поздние материалы этого типа: Мельник, 1979; 1985; Турецкий, 1992).
Придерживаясь в целом первой точки зрения о существовании особой полтавкинской культуры в достаточно широких территориальных рамках (степные и полупустынные районы Среднего и Нижнего Поволжья, а также Волго-Донского междуречья), мы также настаиваем на ограничении ее материалами раннеполтавкинского (по Н. К . К ачаловой) этапа. Этот тезис требует, по всей вероятности, специального обоснования. В данной работе достаточно указать, что ведущий, на наш взгляд, полтавкинский культуроопределяющий признак – характерная бесшейная яйцевидная керамика, сплошь орнаментированная зубчатым штампом в стиле шагающей гребенки, – присущ только раннеполтавкинским памятникам. В соответствии с этим признаком можно утверждать, что полтавкинская культура отсутствует в степях Южного Приуралья, но распространена в Волго-Донском междуречье.
Истоки полтавкинской керамической традиции могут быть связаны с энеолитическими и раннебронзовыми памятниками степей и лесостепей Южного Урала и Зауралья, где, по крайней мере, известна орнаментация в стиле шагающей гребенки (Крижевская, 1977; Матюшин, 1982). Следует отметить, что определенную помощь в поисках этих истоков может оказать природно-географическое размещение полтавкинских памятников. Картография показывает, что они встречаются преимущественно в степной и полупустынной зонах волго-донского региона (рис. 1).
В то же время отсутствие ярко выраженных признаков пришлой полтавкинской культуры, за исключением особого керамического комплекса, дает основание для предположения об интеграции на раннекатакомбном этапе в среду позднеямных племен Нижнего Поволжья новых групп населения. Они-то и стали ферментом сложения полтавкинской культуры, которая в обрядовом плане унаследовала ямные традиции.
Впервые в историографии вопрос о самостоятельной полтавкинской культуре был поднят в 1950-е гг. (Кривцова-Гракова, 1955. С. 10; Смирнов, 1959. С. 311). Ведущим исследователем этой проблематики к началу 1960-х гг. стала Н. К. Качалова. Сначала она ограничивала ареал полтавкинских памятников левобережьем Волги – от Самарской Луки на севере до бытовых памятников на дюнах в Астраханской области, отмечая наибольшее количество погребальных комплексов на промежутке от Саратова до Волгограда (Качалова, 1962). Как уже было отмечено, в более поздних работах Н. К. Качаловой, И. Б. Васильева и П. Ф. Кузнецова была сформулирована гипотеза полтавкинской культурно-исторической общности с делением на локальные варианты: нижневолжский, средневолжский, приуральский и прикаспийский.
Известные памятники подобного типа в междуречье Волги и Дона до 1980-х гг. были малочисленны и поначалу не оказывали влияния на разработки




полтавкинской проблематики. Но по мере накопления археологического материала появились попытки (прежде всего со стороны волгоградских археологов) вовлечь полтавкинские памятники волго-донских степей в русло научных исследований. Впервые внимание на них обратил В. И. Мамонтов (1977), отмечая наличие здесь полтавкинских погребений не только в ямах, но и в катакомбах. Автор считал этот признак свидетельством влияния катакомбной культуры. Писал об этом и Е. П. Мыськов (1987). Более подробно волго-донские полтавкинские памятники были охарактеризованы А. В. Кияшко (1998). Погребения в камерных сооружениях были определены как подбои – одна из периферийных форм реализации катакомбного обряда, весьма далекая от синхронных классических Т-видных и даже Н-видных конструкций.
Н. К. Качалова, продолжая в последние годы занятия полтавкинской проблематикой (2000, 2001), все же не успела определенно высказаться по волго-донским комплексам.
Раскопки последних лет все более пополняют выборку полтавкинских погребений степной и полупустынной части Волго-Донского междуречья, накапливаются такие захоронения и в центральных районах Нижнего Подонья 1.
На протяжении всего периода археологического изучения заволжских и волго-донских древностей сложность их культурного определения во многом заключалась в отсутствии четких признаков, позволяющих вычленить их из общей массы комплексов раннего периода эпохи средней бронзы, хотя признаки именно ранних полтавкинских памятников были определены еще Н. К. Качаловой. К ним она отнесла: преимущественно ямное могильное устройство; положение на спине, скорченно, с завалом вправо или влево; ориентировка на восток, северо-восток; керамика яйцевидной формы с орнаментацией всей поверхности сосуда, включая дно; элементы «шагающей гребенки» в орнаментации. Но следует учесть, что этот набор признаков был определен Н. К. Качаловой именно для территории Заволжья. Однако исследования последних лет, особенно активно проводившиеся на территории волжского правобережья с углублением в западном направлении – в междуречье Волги и Дона, позволили несколько скорректировать признаки полтавкинской культуры, выявили локальные отличия в заволжских и междуреченских материалах.
Анализ полтавкинских материалов проводился по основным археологическим категориям: положение в кургане, конструкция могильного сооружения, ритуал захоронения, половозрастные характеристики умершего, состав и размещение погребального инвентаря.
Следует заметить, что определяющим признаком культурной принадлежности при компоновке анализируемой выборки выступал набор погребального инвентаря, прежде всего керамика характерной формы и орнаментации. Это связано с уже обозначенным выше принципом вычленения пласта полтавкинских комплексов ввиду сохранения у носителей полтавкинской, позднеямной (городцовской) и раннекатакомбной традиций на территории Нижнего Поволжья очень схожего, практически идентичного, ямного погребального обряда. В связи с этим за рамками культурного определения, а значит, и выборки полтавкинских комплексов осталась значительная часть безынвентарных погребений. Лишь отдельные из них удалось привлечь благодаря использованию данных курганной стратиграфии и планиграфии.
Выборка изучаемых памятников включает в себя 148 погребений, из которых 101 открыто на территории Волго-Донского междуречья (выборка заволжских материалов – 47 погребений – невелика по сравнению с тем количеством, которым оперировала Н. К. Качалова в своем исследовании). Нами были исключены погребения, относящиеся, скорее всего, к ямной общности, и позднеполтавкинские, объединенные в группу волго-донских памятников.
Итак, анализ показал, что в полтавкинских погребениях Волго-Донского междуречья ведущим типом могильного устройства выступает подбой. Подобная конструкция была прослежена в 70 % (в Заволжье – 13 %) от общего количества захоронений (рис. 1). По нашей классификации (Кияшко, 1999), полтавкинские подбои соответствуют двум типам могильного устройства:
– тип III¹ – двухчастное погребальное сооружение, в котором длинные оси входной ямы и камеры параллельны друг другу; вход в камеру устроен, как правило, вдоль всей длинной стенки; он может выглядеть как некоторый перепад между дном ямы и камеры (0,2–0,7 м), но часто никак не оформлен (Кияшко, 1999. С. 18 ); по своим очертаниям и пропорциям камера и входная яма зачастую сходны (45 %);
– тип III² – погребальные сооружения в виде описанной выше конструкции, но отличающиеся от предыдущих наличием оформленного входа в камеру в виде одной или нескольких приступок – ступеней различной высоты, ширины и формы, количество которых может достигать трех и более; они могут повторять очертания стенки могилы или иметь иную – подтреугольную (Усть-Погожье I, 2/5), округлую (Тихоновка II, 2/4), подквадратную (Тихоновка II, 5/4) – форму во входе, у дна камеры (25 %).
Входные ямы подбоев в большинстве случаев прямоугольной формы, с закругленными в разной степени углами, размеры варьируют от 1,5 до 3 м в длину и от 0,5 до 2,5 м в ширину. Но встречаются также овальные или округлые ямы, как правило, меньших размеров, редко превышающие в длину 2 м, а в ширину – 1,5 м; квадратные со стороной в пределах 2 м; трапециевидные – в длину 1,5–2,73 м, в ширину 0,8–1,9 м; подтреугольные в целом тех же пропорций. Глубина входной ямы различна – от 0,2 до 2,5 м. Форма камеры подбоя в основном повторяет форму входной ямы, но довольно часто встречается конструкция, где подбой неглубок и представляет собой нишу. В высоту подбои достигают 0,3–1,5 м. Как правило, они устроены в северной и северо-восточной стенках могильной ямы. Ориентированы подбойные захоронения в большинстве случаев по линии З–В, т. е. преобладающей является широтная ориентировка.
В остальных погребениях Волго-Донского междуречья (30 %) прослежено ямное могильное устройство (в Заволжье – 87 %). Оно в большинстве своем соответствует типу I упомянутой выше классификации (20 %). Как и в заволжских комплексах, ямы различны по форме и размерам. Их можно подразделить на несколько групп: ямы прямоугольной формы, как правило, с округлыми углами, ямы овальной или подовальной, а также трапециевидной форм, по размерам достаточно крупные: в длину до 2–3,5 м, в ширину 1,5–2 м, в глубину – 1,4–2,2 м.
Среди захоронений Волго-Донского междуречья с ямным устройством погребального сооружения выделяется также группа, соответствующая типу II, – погребения в заплечиковых ямах (10 %), тех же форм и размеров, но с приступкой шириной 0,2–0,7 м по всему периметру могилы, которая устраивалась на различной глубине.
Специфичными выглядят и некоторые черты погребального обряда в рассматриваемой группе захоронений. Преобладающая поза умерших – положение скорченно на спине с некоторым разворотом туловища на левый бок (30 %); также на спине без завала в какую-либо сторону; реже – на левом или правом боку. Но при этом в большинстве случаев умершие лежат лицом к задней стенке подбойной камеры, т. е. отвернуто от входа (50 %). Устойчивым признаком выступает местоположение конечностей относительно туловища погребенного: ноги поджаты к телу, как правило, под прямым или тупым углом, обе руки или одна из них уложена вдоль тела, вторая, чуть согнутая в локте, положена на тазовых костях, животе или поверх другой руки (в том случае, если поза погребенного – на спине или на спине с небольшим разворотом вправо или влево). Если погребенный уложен на бок, положение ног сохраняется в прежнем виде, руки иногда вытянуты вперед или обе протянуты к коленям.
Преобладающими позами погребенных в ямных захоронениях являются положение на левом боку, часто с небольшим завалом на спину (44 %), либо на спине, скорченно, с разворотом на левый бок (20 %).
Ориентированы погребенные, как правило, на восток (42 %) или на северо-восток (25 %).
Столь же специфичным обрядовым признаком следует считать присутствие в могиле большого скопления костей мелкого рогатого скота – вероятно, туши барана (рис. 2). Такие скопления костей обнаружены в 57 захоронениях, причем в 68 % случаев – в погребениях с подбойной конструкцией могильного устройства. По признаку внутримогильной локализации преобладающим местоположением их в подбоях является положение на дне входной ямы (59 %). В 18 % случаев скопления костей были отмечены в ямах.
По стратиграфии подбойные полтавкинские погребения в большинстве своем являлись основными в курганах (69 %; в Заволжье – 5 из 6 погребений), захоронения в ямах, как правило, были впущены в уже существовавшие курганные насыпи (75 %; в Заволжье – 81 %).
Важным атрибутом, позволяющим идентифицировать погребения как полтавкинские, является керамика характерных форм и орнаментации. Преобладающее положение сосудов в погребениях не выявлено: процентное соотношение случаев расположения их у туловища, в головах, в ногах погребенного примерно одинаково.
При изучении керамики использовалась типология этой категории находок позднеямного – раннекатакомбного времени Нижнего Подонья и волго-донских степей (Кияшко, 1999; 2002).
Из полтавкинских погребений Волго-Донского междуречья происходят 50 сосудов нашей выборки. В основном это сосуды с выделенным венчиком, которые относятся к отделу II (40 %). Из них преобладающим типом выступают горшки стройных пропорций с уступчатым плечиком – тип 2 (22 %), а также




высокие или стройные горшки с округлым плечиком – тип 1 (18 %). Сосуды отдела I – с непрофилированной верхней частью – встречены несколько реже (36 %), по форме представлены банками открытого или закрытого типа. Несколько сосудов могут быть отнесены к отделу III – короткошейные сосуды (20 %) с округлой профилировкой плечика и плавно отогнутой или четко выделенной прямой шейкой. Редкой керамической формой, отсутствующей на территории Заволжья, являются высокошейные сосуды – отдел IV (4 %), один из них относится к типу 1 – сосуд с плечиком, отделяющим верхнюю треть тулова сосуда (Тихоновка II, 2/4), и еще один – сосуд биконической формы с плечиком, приходящимся на середину тулова, – тип 2 (Веселый I, 6/2).
Большая часть сосудов имеет богатую орнаментацию всей поверхности (80 %), нередко переходящую и на дно. Орнаментированы сосуды, как правило, отпечатками зубчатого штампа в технике шагающей гребенки, которая может покрывать всю поверхность сосуда (Котлубань I, 8/2) или составлять отдельные орнаментальные зоны в виде нескольких горизонтальных рядов в средней (Тихоновка II, 2/4) или придонной части сосудов (Дмитриевка, 9/11; Химкомбинат Б, 4/15; Ильевка, 1/5; Остров, 10/4). Нередко этот мотив может быть расположен по косой однонаправлено или образовывать треугольники, зигзаги или ломаные линии (Химкомбинат А, 3/5; Калиновский курган, п. 21; Усть-Погожье I, 1/8; Четыре Брата, 2/7; Первомайский, 6/7; Никольское, 6/1). В целом такой элемент в орнаментации, как оттиски зубчатого штампа в виде шагающей гребенки, прослежен на 32 сосудах (64 %). Причем большинство из них происходят из погребений с подбойной могильной конструкцией (рис. 3). В Заволжье подобные орнаментальные мотивы отмечены лишь на 9 сосудах, причем 8 из них были обнаружены в ямных погребениях полтавкинского времени.
Отпечатки зубчатого штампа также могут быть уложены в виде круговых горизонтальных линий (Варламов, 1/9; Шелыган, 2б; Барановка I, 22/3), рядов вертикальных оттисков (Нагавский II, 1/9; Усть-Курдюм II, 2/8, тризна) или в елочный узор, покрывающий поверхность сосуда полностью (Усть-Курдюм I, 4/4; Гебель, Е 10/3; Аксай I, 15/21) или зонально (Кастырский VIII, 15/13; Никольское, 6/1; Барановка I, 22/3; Усть-Погожье I, 1/8; Тихоновка II, 2/4).
Те же орнаментальные мотивы зачастую выполнялись и в несколько иной технике – отпечатками однонаправленной веревки или, еще реже, тесьмы. В расположении веревочного орнамента на полтавкинской посуде есть определенная закономерность: если веревочные оттиски используются в сочетании с другими технологическими приемами, то располагаются они только в верхней части сосуда. Оттисками веревки могут быть образованы круговые, косые, вертикальные линии, треугольники (Дмитриевка, 9/11; Мариновка, 1/18; Химкомбинат Б, 4/16; Барановка I, 22/4; Тары, 4/6; Усть-Погожье I, 1/8; Котлубань VII, 1/7; Мариновка, 2/3; Ильевка, 1/5; Аксай I, 8/16; Аксай I, 15/21; Нагавский II, 1/6; Новый, 138/3; Барановка I, к. 20; Тамбовка II, 2/2; Карповка, 6/8; Химкомбинат А, 3/5). Нередким мотивом в орнаментации является сочетание веревочного и зубчатого штампов, когда веревочкой оттиснуты круговые горизонтальные линии, а зоны между ними заполнены короткими вертикальными или косыми зубчатыми отпечатками (Химкомбинат Б, 4/16; Мариновка, 2/3; Ильевка, 10/9). Иногда орнаментальная композиция может быть дополнена и такими мотивами, как веревочные прогибы, петли (Усть-Погожье I, 1/8, Громославка II, 2/7; Нагавский II, 1/6), овы (Остров, 10/4; Нагавский II, 1/7; Эвдык, 6/4).




В целом наличие веревочных орнаментальных мотивов было отмечено на 25 сосудах (50 %).
В тесте, как правило, присутствует примесь мелко дробленой ракушки (58 %) или шамота (24 %). Анализ также показал наличие двух важных признаков в керамическом материале: скошенность венчика внутрь сосуда (44 %) и вогнутость дна (20 %).
Другой инвентарь, помимо керамики, немногочислен, но он, как правило, является маркирующим, поскольку позволяет сопоставить и датировать полтавкинские материалы. В основном это вещи, распространенные в более широком кругу культур эпохи бронзы степной зоны Предкавказья.
Костяные молоточковидные булавки из погребений Волго-Донского междуречья представлены булавками с веретенообразным стержнем и сложной геометрической композицией резного орнамента (Кривая Лука XI, 7/9, обнаружена в комплексе с костяными рубчатыми пронизями и бусами; Кривая Лука XV, 3/7; Громославка II, 2/7, Мирный, 1/1 – также в комплексе с рубчатыми пронизями, бусами и фрагментом тонкой сферической серебряной бляшки с выпуклинами по краю). Все булавки орнаментированы в верхней части стержня, до половины. Лишь одно изделие аналогичного типа не орнаментировано (Волжский, 2/19). Длина булавок варьирует от 12,5 до 19 см.
Из других костяных изделий следует упомянуть находки в двух погребениях наборов костяных колец (Кумыска II, 1/12; Аксай I, 9/9).
В состав инвентаря полтавкинских погребений входят также ножи и шилья. Все обнаруженные шилья – четырехгранные в сечении, с обоюдоострым концом (Гебель, Е 10/3, Калиновский курган, п. 21). Ножи – наиболее распространенная категория металлических изделий в полтавкинских погребениях, имеющая достаточно четкое морфологическое членение. Это ножи с лезвием пятиугольной формы с наибольшим расширением и заточкой в верхней трети (Кривая Лука XIV, 15/7; Гебель, Е 10/3; Первомайский VIII, 6/6), клинки с обоюдоострым ромбовидным лезвием и длинным черешком (Первомайский VIII, 6/7; Калиновский курган, п. 21), а также удлиненно-листовидные (лавролистные), полностью заточенные ножи с коротким черешком (Ясырев I, 9/39). Этот комплекс орудий, характеризующий раннедонецкий период (Кияшко, 1999. С. 81–82; 2002. С. 25), свидетельствует о расцвете в это время полтавкинской погребальной обрядности.
В двух погребениях были найдены плоские бронзовые тесла, по пропорциям близкие привольненским, но в контексте других признаков обряда и инвентаря относимые к предшествующему, успенскому, этапу металлургии (Боаро, F 6/9; Советское, 2/11). Раннее распространение таких орудий на Северном Кавказе и в Предкавказье недавно было обосновано М. Б. Рысиным (2007. С. 185).
Одной из составляющих категории металлического инвентаря являются подвески различных форм и конфигураций: спиралевидные подвески в полтора оборота (Котлубань I, 8/2; Ильевка, 10/9; Аксай I, 8/16), подвески в виде перевитых стерженьков с шариком на одном конце и петелькой на другом (Кривая Лука XXXIV, 2/5; Кривая Лука VII, 19/19; Эвдык, 6/4) маркируют раннекатакомбное время; височные кольца с обратным разворотом (Веселый III, 3/9), стержневидные подвески с рельефной тесемчатой орнаментацией (Кривая Лука XVI, 1/24; 25), дисковидные подвески (Аксай I, 8/16) – свидетельство бытования памятников в раннедонецкое время.
Из каменных изделий в полтавкинских захоронениях встречены: топорик кабардино-пятигорского типа и пест (Советское, 2/11), шлифованный сверленый топор клиновидной формы (Дмитриевка, 9/11), полированная булава грушевидной формы из змеевика (Ильевка, 1/5). Топорик из погребения Советское, 2/11 датируется по нижнедонским и северокавказским аналогиям раннекатакомбным или раннедонецким временем (Кияшко, 1999. С. 80). Другие названные каменные предметы имеют еще более поздний облик, да и комплексы, их содержащие, по ряду признаков инвентаря датируются финальной стадией полтавкинского времени.
Характеристика особенностей погребального обряда и инвентаря волго-донских памятников полтавкинской культуры, произведенная в сопоставлении с материалами этой культуры с территории Заволжья, большинство которых хорошо известно в науке, дает основание для вывода об их специфике. Основные различия заволжских и волго-донских древностей затрагивают такие существенные стороны погребального обряда и инвентаря, как тип могильной конструкции, ритуальные детали, стилистика орнамента на керамике.
Единичные случаи захоронений полтавкинского времени в подбоях среди обычных ям в Заволжье, при троекратном преобладании подбоев над могилами в ямах в Волго-Донском междуречье, свидетельствуют, на наш взгляд, о локальном различии на уровне варианта культуры. Объяснение такого соотношения типов могильных конструкций, очевидно, связано с большей территориальной близостью волго-донских степей, чем Заволжья, к очагу возникновения катакомбного обряда в Северо-Восточном Приазовье.
При этом, по нашему мнению, следует четко отличать подбой от катакомбы. У этих типов погребальных сооружений имеются четкие конструктивные отличия: камеры Т-видных, Н-видных и асимметричных катакомб отделены от колодца зауженным относительно его стенки входом, зачастую оформленным как ступенчатый или покатый дромос. Подбой, как отмечено выше, предполагает широкий или слегка зауженный вход, как правило, во всю длинную стенку входной ямы. Перепад между дном ямы и подбоя либо отсутствует, либо имеет вид крутой ступени (Кияшко, 1999. С. 18 ).
Также надо отметить, что классические Т-видные ранние катакомбы, синхронные этапу появления на территории Волго-Донского междуречья памятников полтавкинской культуры, массово распространены на восток лишь до нынешнего г. Волгодонска. Далее, вплоть до р. Донская Царица (южнее г. Калач-на-Дону), начинается зона их контактной, чересполосной встречаемости с полтавкинскими комплексами, прежде всего с подбоями (Кияшко, 2001. С. 94. Рис. 1).
Кроме того, катакомбы и подбои как типы погребальных сооружений не могут рассматриваться в отрыве от соответствующих им обрядовых стереотипов.
Умершие в ранних катакомбах располагаются, как правило, лицом к выходу из могильной камеры, за исключением особых случаев коллективных погребений. Характерной чертой ритуала катакомб является их последующая вскрываемость и доступность. Это не только подтверждается редкими примерами дополнительных подзахоронений в уже существующие могилы, с засыпкой или смещением первичного костяка, но гораздо более наглядно выражено в практически обязательном посмертном смещении черепа погребенного (декапитация, по В. И. Мельнику). Причем сохранение в ряде случаев in situ нижней челюсти и верхнего позвонка свидетельствует о достаточно длительном периоде, предшествовавшем вскрытию камеры катакомбы.
Для погребений в ранних катакомбах типично отсутствие сосудов как вместилища пищи (за исключением детских погребений), что представляет собой еще позднеямную черту обряда. В то же время здесь практически обязательно наличие жаровни в качестве вместилища священного огня.
Важной и практически обязательной частью инвентаря ранних катакомб являются сложенные вместе, чаще всего за спиной погребенного, черепа и кости ног мелкого рогатого скота. По общепринятой в науке интерпретации, эта находка является не пищевым припасом для души умершего, а компактно свернутой шкурой барана, олицетворяющей животного в качестве помощника и проводника этой самой души.
Наконец, ранние катакомбы, как правило, являются впускными в курганы позднеямного времени. Правда, это более характерно для Приазовья, а в восточных районах Нижнего Подонья они чаще были основными в курганах.
По степени проявления перечисленных признаков обряда и инвентаря полтавкинские погребения в подбоях диаметрально противоположны синхронным ранним катакомбам либо доминантно проявляют те черты, которые не свойственны вовсе катакомбному обряду.
Подбои, как правило, основные в курганах и практически всегда ориентированы длинной осью в широтном направлении. Отмеченная выше традиция располагать умершего в подбое спиной к выходу свидетельствует о восприятии пространства вокруг скелета как ниши, «ямы, вдвинутой в стену», но никак не в качестве камеры катакомбы, которая конструктивно и, вероятно, семантически обособлена от входного колодца. Свидетельств последующего вскрытия подбойных погребений, устройства подзахоронений или каких-либо манипуляций с костями умершего не обнаружено.
Для инвентаря полтавкинских подбоев, где преимущественно похоронены взрослые люди, обязательным является наличие сосуда, который располагается «по ямному правилу» – вблизи костяка, а не по «катакомбному правилу» – по углам могильной камеры. При этом отмечено совершенно уникальное для раннекатакомбного времени явление – практически полное отсутствие жаровен. Последние есть лишь в единичных комплексах позднейшего периода полтавкинской культуры, четкая атрибуция которых затруднительна.
Столь же наглядной антитезой катакомбному обряду выглядит полное отсутствие в полтавкинских погребениях черепов и костей ног мелкого рогатого скота (шкур – символов животного). В то же время неизвестным для катакомбной общности ритуалом является приношение полной туши барана, иногда нескольких особей. Как отмечено выше, эти кости, обычно в виде бессистемного скопления, располагаются на дне входной ямы полтавкинского подбоя и представляют собой, по всей вероятности, остатки поминальной тризны. Здесь же следует подчеркнуть, что эта ритуальная деталь является специфическим признаком волго-донской группы памятников, который неизвестен в Заволжье.
Таким образом, по перечисленным критериям охарактеризованная группа волго-донских памятников не может быть включена в круг синхронных катакомбных древностей. Она имеет особые полтавкинские элементы, в частности архаичный обряд с ориентировкой костяков в восточный сектор, специфическую керамику с орнаментацией в стиле шагающей гребенки и т. д., но по ряду признаков (подбои, остатки туш барана) отличается от классических заволжских памятников этой культуры и может рассматриваться как ее особый вариант (рис. 4).




Детальный анализ погребального инвентаря выявил, что полтавкинские памятники волго-донских и заволжских степей обладают внутренней динамикой, отражающей эволюционные процессы развития под воздействием других культурных образований эпохи средней бронзы. Внутреннее хронологическое членение четко прослеживается по принципу: ранние памятники – древности основного, развитого этапа – финальные полтавкинские комплексы. Первые немногочисленны, равномерно распространены по степной и полупустынной зоне Заволжья и Волго-Донского междуречья от широты Саратова (Советское, 2/11; Мирный, 1/1) до Кривой Луки на юге и донского Левобережья на западе (Громославка II, 2/7). Их маркируют керамика с округлым, приостренным и уплощенным дном, находки костяных молоточковидных булавок с наборами других амулетов, плоские тесла успенского типа и т. д. По этим признакам начало распространения полтавкинских памятников датируется раннекатакомбным временем.
Древности развитого этапа – основной массив изучаемых материалов – распространены практически по всей вышеназванной территории, а также в единичных случаях встречаются на донском Правобережье (Калиновский курган, п. 21), в центральной части нижнедонского Левобережья (Новый, 138/3) и на территории Западного Казахстана (Кресты, 8/3). К этому времени относится большинство погребений в подбоях, а также комплексов, содержащих хорошо датируемые металлические изделия (ножи). В орнаментации керамики, наряду с характерным стилем «шагающей гребенки», распространяются новые шнуровые (петли, овы) и ранние тесемчатые элементы (т. н. однонаправленная тесьма). Эти изменения связаны с влиянием катакомбной общности на полтавкинскую культуру и маркируют новый, т. н. раннедонецкий, этап развития.
Финальные памятники полтавкинской культуры, как и древности раннего этапа, немногочисленны и встречаются, по-видимому, только на территории Волго-Донского междуречья – в основном в его западной части. По крайней мере, там, в бассейне левобережных притоков, сконцентрированы комплексы, материалы которых свидетельствуют, с одной стороны, о смешении полтавкинских и раннедонецких культурных традиций, а с другой – о том, что полтавкинская культура в своем волго-донском варианте становится базой для сложения волго-донской катакомбной культуры.
Идея, что судьба полтавкинской культуры эволюционна и связана с трансформацией ее на позднем этапе в волго-донскую культуру (позднедонецкое время), была высказана А. В. Кияшко, Н. М. Маловым и В. В. Филиппченко. В пользу более позднего возраста волго-донских материалов по сравнению с полтавкинскими свидетельствуют примеры прямой стратиграфии погребений этих двух культур (Антонов, 6/1; 6/5; Остров, 10/2; 10/4; Солодовка). В то же время ярким примером их тесной, по всей вероятности генетической, связи является комплекс Аксай I, 15/21, в котором, при сохранении полтавкинского обряда, в керамическом наборе присутствовали два сосуда, один из которых – с выраженными волго-донскими элементами. В целом не противоречат данному положению и некоторые элементы обряда (восточная ориентировка погребенных, наличие костей барана в могиле, практически полное отсутствие жаровен) и инвентаря (морфологически волго-донские сосуды – это уже в большей степени короткошейные горшки, в верхней части которых, однако, в качестве элемента декора по-прежнему часто выступает фриз, выполненный веревочкой, орнаментированные елочным узором, в ряде случаев переходящим и на дно сосуда).».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Вт Окт 03, 2017 3:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Е. И. Гак. Индикаторы металлопроизводства катакомбных культур степной зоны Предкавказья и юга Доно-Волжского междуречья (http://www.archaeolog.ru/media/ksia/KSIA-225_site.pdf), сс. 69-87.
Сс. 77-80, 81:
«… К этому же периоду относятся не имеющие аналогов за пределами рассматриваемой территории оригинальные подвески-амулеты в виде стилизованных бычьих голов (букрании). Серия таких подвесок происходит из раннекатакомбных и хронологически следующих за ними раннеманычских захоронений левобережья Нижнего Подонья (рис. 6, 1, 3), южной Калмыкии (рис. 6, 2) и средней Кубани (рис. 6, 4) (Кияшко, 1994). Несмотря на различия в изображении бычьих морд и технико-технологические особенности изготовления, букрании представляют собой совершенно новый тип зооморфных подвесок, выработанный на рубеже раннего и позднего этапов СБ В непосредственно в степной скотоводческой среде. …»

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 04, 2017 2:10 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Новотиторовская культура (3300/3200 – 2700 гг. до н. э.)

А. Н. Гей. Новотиторовская культура (предварительная характеристика) (http://www.archaeolog.ru/media/books_sov_archaeology/1991_book01.pdf), сс. 54-71:




А. Н. Гей. Новотиторовская культура. 2000 г. (https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a)


Последний раз редактировалось: Одоакр (Ср Окт 25, 2017 1:54 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 04, 2017 2:14 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ингульская и Донецкая катакомбные культуры.

С. В. Иванова. Катакомбная культура Северо-Западного Причерноморья (http://www.academia.edu/20648195/%D0%9A%D0%B0%D1%82%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%B1%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%BA%D1%83%D0%BB%D1%8C%D1%82%D1%83%D1%80%D0%B0_%D0%A1%D0%B5%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%BE-%D0%97%D0%B0%D0%BF%D0%B0%D0%B4%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE_%D0%9F%D1%80%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%BE%D1%80%D1%8C%D1%8F)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Чт Окт 05, 2017 3:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

А. Т. Синюк, Ю. П. Матвеев. Среднедонская катакомбная культура эпохи бронзы (по данным курганных комплексов) (http://istmira.ru/download/Sinyuk_A_T__Matveev_Yu_P_Srednedonskaya_katakomb.pdf)

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пн Окт 16, 2017 11:35 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Шломоноид снова заскакал по сторонам нагородив кучу бреда

Для глупой вороны, которой не хватило выводов А. Г. Козинцева, ещё раз повторю выводы А. А. Казарницкого:
об населении Бабинской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&postdays=0&postorder=asc&start=1):
«… Краниологические выборки блока посткатакомбных культур (бабинская, лолинская, и криволукская) расположились в многомерном пространстве неподалеку друг от друга, демонстрируя ряд общих морфологических черт. Однако если лолинская и криволукская группы тяготеют к кавказским и южным катакомбным сериям, то бабинская оказалась ближе к шнурокерамическим. Соседство координат бабинской и фатьяновских серий вряд ли уместно трактовать как свидетельство непосредственного участия носителей фатьяновских культурных традиций в формировании населения бабинской культуры, учитывая территориальный разрыв между их ареалами. Скорее всего, это показатель наличия общего популяционного пласта, на основе которого сформировалось население восточно-европейских культур шнуровой керамики и, вероятно, значительная часть населения бабинской культуры. …
Итак, результаты многомерного межгруппового сопоставления свидетельствуют о том, что популяции носителей бабинской археологической культуры формировались на основе населения восточных шнурокерамических культур при участии коллективов, происхождение которых было связано с территориями Северного Кавказа и Закавказья. Вклад предшествующего бабинскому населения катакомбной культуры Северного Причерноморья пока не прослеживается. Потомки носителей бабинских культурных традиций, по всей видимости, вошли в состав популяций, оставивших погребения срубной культуры Украины и Ростовской области.»;
об общих направлениях миграций во времени средней и поздней бронзы (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&postdays=0&postorder=asc&start=12):
«… Что касается западного вектора миграций, то по результатам проведенного анализа он, во-первых, отчетливо виден в лесной полосе и связан с популяциями круга культур боевых топоров, поздними представителями которого являются фатьяново-балановские коллективы. Во-вторых, часть катакомбных серий демонстрирует краниологический комплекс, который не находит аналогий в Восточной Европе и может быть связан также с более западными регионами. Однако значительная часть населения, вошедшего в состав катакомбной культурно-исторической общности, была сформирована при несомненном участии закавказских популяций – это географически наиболее южные катакомбные культуры азово-каспийских степей и Нижнего Поволжья. Отчетливой границей между западными и южными по происхождению катакомбными сериями является (по данным краниоскопии) нижнее течение Дона (Казарницкий 2011б).
Исходя из закономерностей изменчивости краниологических характеристик населения Восточной Европы, с учетом археологических данных, в эпоху бронзы можно реконструировать следующие векторы перемещений человеческих популяций:
1. С запада на восток по лесной полосе. Импульс из круга культур боевых топоров (шнуровой керамики) Центральной Европы. Участники – фатьяново-балановские популяции. Зафиксирован выход в степную полосу Северного Причерноморья в виде субстратной основы для населения бабинской культуры, позднее подвергшегося влиянию со стороны кавказских популяций;
2. С юго-запада (Северное Причерноморье и, вероятно, еще западнее) на северо-восток в пределах степной и лесостепной зон. Участники – население катакомбных культур Украины, донского правобережья Ростовской обл. и, отчасти, полтавкинской культуры;
3.1. (III тыс. до н. э.). С юга на север и северо-восток. Импульс из Закавказья. Участники – население катакомбных культур Предкавказья, Волгоградской обл. и донского левобережья Ростовской обл.;
3.2. (Начало II тыс. до н. э.). С юга на северо-запад и северо-восток. Импульс с Северо-Восточного Кавказа и прилегающих территорий. Участники – представители посткатакомбного блока: лолинская культура, криволукская культурная группа и часть населения бабинской культуры.
Таким образом, изменения в материальной культуре Восточной Европы в III и в начале II тыс. до н. э. были тесно связаны с изменением состава населения. Однако на протяжении большей части II тыс. до н. э. процесс распространения срубной культурной общности с ее значительными технологическими и погребальными инновациями ограничился культурными изменениями и не затронул антропологический состав вошедших в нее человеческих коллективов.».

А. А. Казарницкий всё чётко и ясно разжевал!!!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Пн Окт 16, 2017 1:52 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Шломоноид не понимает про что несет Very Happy
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пн Окт 16, 2017 4:37 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Шломоноид не понимает про что несет Very Happy

Смеется Смеется Смеется
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 25, 2017 2:18 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

В. А. Трифонов. Западные пределы распространения Майкопской культуры (http://www.ssc.smr.ru/media/journals/izvestia/2014/2014_3_276_284.pdf):

«Введение

Основной областью распространения памятников майкопской культуры на протяжении всех периодов ее развития оставалась относительно узкая, примерно стокилометровая полоса в предгорьях Северного Кавказа, протянувшаяся почти на 800 км по линии Анапа – Махачкала. В IV тыс. до н.э. эта территория представляла собой северную окраину обширной культурной провинции, в которую, кроме майкопской культуры, входили лейлатепинская культура в Азербайджане, памятники типа Бериклдееби в Грузии, памятники типа Се Гирдан и Союг Булак в Северо-Западном Иране и Азербайджане, памятники типа Арслантепе VII-VIB в восточной Анатолии. Эта область была открыта для распространения в своей среде культурных стандартов из переднеазиатских центров формирования ранних цивилизаций Междуречья и синхронно откликалась на их изменения.
Для сопредельных территорий предкавказской и, шире, восточноевропейской степи майкопская культура оставалась не только ретранслятором переднеазиатских технологических достижений в области ремесел и хозяйства (металлообработка, производство текстиля, изготовление колесных средств передвижения), но и центром самостоятельного влияния, основной формой которого была прямая колонизация.
Освоение степных пространств носителями майкопской культуры было естественным процессом их территориальной экспансии, обеспеченной преимуществами эффективного ведения хозяйства при относительно высокой плотности населения и развитых формах социальной самоорганизации. Судя по характеру распространения майкопских памятников на север, для носителей этой культуры природные и климатические отличия предкавказской степи от предгорий не были препятствием для ее хозяйственной колонизации. Вероятно, этому способствовала ее относительно разреженная среда из позднеэнеолитических групп населения различной культурной ориентации.
Везде, где позволяли условия, включая самые удаленные от кавказской «метрополии» анклавы на Восточном Маныче, майкопские переселенцы основывали поселения, а там, где они вторгались в плотно заселенные области коренных «степняков», даже сформировалась гибридная константиновская культура.
Учитывая количественное соотношение майкопских памятников к югу и северу от Нижнего Дона и Восточного Маныча, эту речную систему можно рассматривать как северную границу массового расселения «майкопцев», однако очевидное присутствие отдельных памятников и элементов майкопской культуры севернее и западнее этих пределов также требует объяснения.
Значит ли, что эти проявления майкопской культуры являются результатом инфильтрации связанного с ней населения, или имеет место спорадическое и фрагментарное распространение элементов этой культуры в виде влияний, заимствований и обменов?
Некоторую ясность в решение этой проблемы могут внести новые археологические материалы.

Погребение 12 из кургана 1 могильника «Синюха» в системе майкопских древностей

В 2012 г. на окраине Майкопа в кургане 1 могильника «Синюха» было исследовано погребение 12 майкопской культуры, представляющее особый интерес для рассматриваемой проблемы.
Тела трех погребенных (двух женщин 25-30 лет и, предположительно, одного молодого мужчины) были уложены в скорченном положении на правом боку головами на юг. Руки погребенных были согнуты в локтях таким образом, что кисти располагались перед лицом (рис.1). Погребение было устроено на уровне древней дневной поверхности, перекрыто земляной насыпью высотой около 1,3 м и диаметром около 17,5 м. По периметру насыпь была укреплена подпорной стеной – кромлехом из окатанных валунов, уложенных в 3-4 яруса, а сверху перекрыта каменным панцирем из таких же валунов в один слой.
В головах у погребенных были найдены три целых керамических сосуда и фрагменты стенок еще одного горшка. У грудной клетки женского скелета в восточной части могилы был найден мелкий каменный бисер и бронзовая «булавка», прежде неизвестного для майкопских памятников типа. Булавка представляет собой четырехгранный бронзовый стержень, один конец которого заострен, а другой раскован и свернут в петлю. Общая длина булавки 7,8 см, сечение стержня в средней части 0,25х0,3 см, диаметр петли 0,4 см (рис.2, 4). Судя по расположению булавки в погребении, она была частью ожерелья из каменного бисера, и поэтому в равной степени справедливо называть ее подвеской.
Керамика в погребении представлена типичным для майкопской культуры набором хорошо обожженных разного цвета сосудов, изготовленных из отмученной глины с минеральными примесями и подправленных на гончарном кругу. Верхняя часть тулова небольшого острореберного чернолощеного сосуда высотой 10 см была украшена характерным проглаженным или пролощенным «паркетным» орнаментом (рис.2, 1). Поверхность двух других небольших сосудов оранжевого (рис.2, 2) и серого цветов также была залощена, но не орнаментирована. От третьего сосуда сохранились только фрагменты стенок темно-оранжевого цвета.
С погребением 12 связаны и некоторые найденные за его пределами отдельные находки, в том числе небольшая, покрытая серым ангобом миска на кольцевидном поддоне, подправленная при изготовлении на гончарном кругу (рис.2, 3).
Следует отметить, что вслед за погребением 12 в кургане 1 были совершены еще два майкопских погребения – 6 и 1, причем с последним, возможно, была связана досыпка к первоначальной насыпи. Найденная в этих погребениях керамика по формам и качеству изготовления близка посуде из погребения 12.
Авторы раскопок справедливо указывают, что «керамический материал майкопских погребений кургана 1 находит круг широких аналогий в синхронных однокультурных памятниках Северного Кавказа», но опубликованные ими материалы позволяют высказаться значительно определеннее.
В хронологической системе майкопской культуры погребение 12 из кургана 1 могильника «Синюха» относится ко времени существования погребений типа Костромская – Иноземцево, или, проще, – к костромскому этапу развития. На это в первую очередь указывает сосуд, украшенный пролощенным орнаментом. Посуда с таким декором не встречается ни на раннем устьджегутинском, ни на позднем бамутском этапах, но при этом относится к категории территориально самой распространенной орнаментированной посуды. На костромском этапе в подгорной зоне она встречается от Кабарды до Тамани, а в степи границы ее распространения достигают Нижнего Дона и Калмыкии.
В обряде погребения 12 нет ничего, включая обычай размещения умерших под насыпью на уровне древней дневной поверхности, что не соответствовало бы «майкопским» канонам. Даже сравнительный анализ соотношения изотопов стронция (⁸⁷Sr/⁸⁶Sr) в зубной эмали «женщины с ожерельем» с природными фоновыми показателями указывает на то, что она выросла в том же районе, где и была похоронена. Тем не менее в ожерелье этой женщины есть бронзовая булавка, единственной отдаленной аналогией которой в майкопском контексте может служить изогнутая костяная (роговая?) «булавка» с ушком (рис.3, 5) из погребения 10 Большого Кишпекского кургана. Все остальные аналогии этому украшению распространены так далеко от границ майкопской культуры, что это обстоятельство требует специального анализа.

Погребения с бронзовыми дуговидными «булавками» с ушком в культурном контексте восточноевропейской степи

За пределами основной территории майкопской культуры известно 4 погребения с бронзовыми дуговидными булавками (иначе: подвесками-крючками), аналогичными найденной в погребении могильника «Синюха». Две булавки происходят из подкурганных погребений в бассейне р. Самара (левобережье Нижнего Днепра) (Волчанское I, к.1, п.21; Новомосковск, к.1, п.10); одна из погребения в бассейне р. Молочная (Северное Приазовье) (Богуслав I, к.23, п.7); и еще одна из погребения в междуречье Прута и Днестра (Казаклия, к.17, п.22) (рис.3, 1-4).
Булавка из Богуслава, как и из могильника «Синюха» на окраине Майкопа, была сделана из квадратного в сечении прута длиной 7,5 см, а булавки из Волчанского и Новомосковска – из круглого прута около 5,5 см длиной. Все булавки в разной степени изогнуты дугой, их нижние концы заострены, а верхние раскованы и свернуты в маленькую петлю-ушко. За это ушко булавка подвешивалась, так как в одном случае она лежала вместе с мелкими дисковидными гагатовыми бусами (Волчанское I, к.1, п.21), а в другом с ней была найдена дисковидная бусина из меди. Все три погребения с бронзовыми дуговидными булавками по обряду во многом напоминают захоронения с окраины Майкопа: погребенные уложены скорчено на правом или левом боку, кисти согнутых рук перед лицом, головой в южный сектор.
Культурно-хронологическая атрибуция этих и аналогичных им по обряду захоронений в восточноевропейской степи сегодня во многом облегчена благодаря исследованиям И.В. Манзуры и Ю.Я. Рассамакина, которые в целом солидарны в оценке значительного майкопского вклада в их формирование. Погребения этого типа первоначально были выделены в животиловско-волчанскую группу, а позднее рассматривались в рамках четвертой погребальной традиции как группа III-C. Погребения этой группы распространены от Нижнего Дона до Буга, включая северный Крым (рис.4).
По данным курганной стратиграфии и совстречаемости основных типов инвентаря, погребения группы III-C, в том числе с бронзовыми дуговидными булавками/подвесками, относятся к самой поздней группе энеолитических погребений, синхронным, судя по найденной в них трипольской посуде, финальному этапу трипольской культуры С/2 и позднему Усатово типа Бурсучены.
На Нижнем Дону это время существования константиновской культуры.



Культурная принадлежность погребений группы III-C

В отличие от трех других погребальных традиций, у четвертой, к которой относятся погребения группы III-C (скорченное положение на боку, кисти рук перед лицом, преобладание южной и восточной ориентировки), по наблюдению Ю.Я. Рассамакина, в степи нет корней и она появляется там, где прежде доминировали другие погребальные обычаи.
Если погребения группы III-C по обряду ближе всего майкопской традиции, в их инвентаре присутствует майкопская керамика и погребенные в них люди одинаковым образом носили однотипные с «майкопцами» украшения, то, видимо, и группу в целом следует рассматривать в контексте майкопской культуры, а отличия от ее «классического» облика принимать как результат адаптации к новой культурной среде.
О времени освоения майкопскими переселенцами территории к западу от Нижнего Дона можно судить по облику майкопской керамики, которая встречается в погребениях группы III-C на самых западных рубежах своего распространения. Хронологически наиболее характерными типами являются небольшие острореберные сосуды, украшенные по плечикам вдавленным или пролощенным «паркетным» орнаментом (Соколово I, к.6, п.4; Животиловка/Новомосковск, к.1, п.10) (рис.5), т.е. та разновидность посуды, которая типична для костромского (Костромская–Иноземцево) этапа развития майкопской культуры. При этом бросается в глаза, что на западной окраине майкопского мира нет ни ранних майкопских форм устьджегутинского периода, ни поздних форм бамутского этапа. Другими словами, семьи свободных «майкопских» пастухов (а кем еще они могли быть в степи?) расселились в Приазовье в тот период, когда культура была на подъеме и склонна к экспансии.
Простой вывод о том, что в предгорьях Северного Кавказа, на Нижнем Дону и Нижнем Днепре у населения, придерживающегося общего погребального ритуала, одновременно в ходу была посуда с пролощенным орнаментом и украшения в виде бронзовых булавок-подвесок, на самом деле позволяет перейти к моделированию более сложной картины культурного развития, в которой сама майкопская культура является одним из эпизодов грандиозной истории расцвета и заката мощной традиции, возникшей на окраинах первых древневосточных цивилизаций. Это история о том, как, где и когда эта традиция достигла своих северных и западных территориальных пределов.

Заключение

Когда в 70-е годы прошлого века, с пятидесятилетним опозданием, была признана справедливость взглядов М.И. Ростовцева на принадлежность майкопского изобразительного искусства к месопотамскому, или по терминологии того времени «шумерскому» кругу культур, то поиск и открытие происхождения других составляющих майкопской культурной традиции стали только вопросом времени.
По мере открытия новых памятников на огромном пространстве между Северным Кавказом и Междуречьем становилось понятным, что у майкопской культуры нет прародины в традиционном смысле этого понятия, так как она сама является равноценной частью блока культур – обширной культурной провинции с подвижными границами, в пределах которых под воздействием природных, экономических и идеологических сил свободно перемещаются культурные эталоны.
Появление в репертуаре майкопской керамики посуды с пролощенным орнаментом является одним из проявлений такого рода «дрейфа» на север южномесопотамской урукской традиции украшения посуды пролощенным по ангобу (reserved slip) орнаментом, с близкими майкопским композициями. В восточной и юго-восточной Анатолии, северной и западной Сирии керамика с этой разновидностью орнамента остается в употреблении в период позднего халколита – начале эпохи ранней бронзы (Late Chalcolithic IIb – Early Bronze Age IA), т.е. на протяжении приблизительно второй половины IV тыс. до н.э. К северу от Месопотамии подобная посуда в значительном количестве обнаружена на поселениях вдоль Верхнего Евфрата в районах Кебан-Малатья, Карабаба, на Амукской равнине и в бассейне Хабура.
В «пакет» переднеазиатских традиций, укоренившихся в майкопской культуре, кроме навыков по изготовлению определенного ассортимента керамики, входили и привязанности к определенному набору украшений. Из той же области, где была популярна традиция украшения керамики пролощенным орнаментом, вероятнее всего, на Северный Кавказ попали и многие типы украшений, в том числе бронзовые булавки типа найденной в погребении 12, курган 1, могильника «Синюха» на окраине Майкопа. По крайней мере похожая бронзовая булавка, правда, прямая, была найдена в позднехалколитическом слое поселения Тюлинтепе, на Верхнем Евфрате в области Кебан-Малатья (рис.3, 6) – том же самом поселении, в слое которого в 1966 г. был найден клад с копьями, аналогичными наконечникам копий с поселения Арслантепе и майкопских погребений.
Пишу об этом еще раз, чтобы подчеркнуть, что погребение 12 в кургане 1 могильника «Синюха» по всем параметрам соответствует майкопской традиции: даже булавку редкого типа носили «по-майкопски» в составе ожерелья.
Керамика с пролощенным (проглаженным, каннелированным) орнаментом является довольно яркой, но определенно не единственной разновидностью посуды, с которой «майкопцы» отправились покорять степь. В их «походный» набор, вероятно, входили и так называемые кубки – довольно разнообразная по качеству изготовления и пропорциям категория небольших плоскодонных, чаще всего чернолощеных сосудов с горшковидным туловом и расширяющимся горлом, в основании которого иногда проходит врезная линия.
Эта разновидность посуды встречается вместе с керамикой, украшенной пролощенным орнаментом как на майкопских поселениях (Серегинское)23, так и в погребениях (Клады, к.11, п.20). Территориально и количественно «кубки» лучше всего представлены в западном ареале майкопской культуры, особенно в пределах распространения памятников новосвободненского типа.
К северу от предгорий Западного Кавказа цепочка из погребений с кубками тянется через степное Прикубанье (Новокорсунская, к.2, п.18; Заветинская, к.1, п.1) на Нижний Дон и в северное Приазовье, т.е. туда, где кубки вместе с бронзовыми дуговидными булавками-подвесками и керамикой с пролощенным орнаментом составляют часть инвентаря той самой группы III-C, которая сохранила признаки майкопского погребального обряда.
Если это совпадение не случайность или результат сравнительно-типологической ошибки, то можно предположить, что хронологически согласованное распространение погребений с элементами майкопского погребального обряда и майкопскими типами инвентаря отражает расселение майкопских колонистов в северном и западном направлениях.
Значительно труднее поверить в возможность движения в противоположном направлении – с запада на восток и юг, как предполагает А.Д. Резепкин. По его мнению, появление в степи погребений с чернолощеными кубками отражает процесс формирования культурного коридора, по которому из Северо-Западной Европы на Северо-Западный Кавказ проникли элементы культуры воронковидных кубков, ставшие культурной матрицей для керамики и мегалитических гробниц новосвободненского типа. Культурный коридор длиной около 2,5 тыс. км, необходимый для такого рода трансляции фрагмента культуры воронковидных кубков и его имплантации в «майкопской» среде, А.Д. Резепкин представляет в виде блока синхронных культур, среди которых ключевое место занимают памятники с керамикой типа обнаруженной в нижнем слое поселения Михайловка на Нижнем Днепре.
Здесь же, на полпути из Западной Европы на Кавказ, начинаются проблемы с достоверностью существования блока синхронных культур с чернолощеной керамикой, как его представляет себе А.Д. Резепкин, так как нижний слой поселения Михайловка, во-первых, древнее погребений группы III-C; во-вторых, там нет чернолощеных кубков; и, в-третьих, там вообще нет признаков влияния культуры воронковидных кубков, но есть элементы балканской культуры Чернавода I. Если коротко, то никакого блока культур с чернолощеными кубками в степи между Кавказом и Западной Европой никогда не существовало. Как не существовало и отдельной группы погребений с кубками. Эта разновидность посуды, судя по совстречаемости в погребениях с керамикой других групп, была в употреблении одновременно не только с майкопской, украшенной пролощенным орнаментом, но и самой поздней трипольской (C/2), причем чем дальше на запад, тем чаще она встречается в погребениях группы III-C.
Видимо, где-то между Бугом и Нижним Днепром распространению майкопских элементов культуры был положен предел встречной экспансией не менее «пассионарной» позднетрипольской культуры в образе Усатово-Гординешти. Конец борьбе за влияние между двумя изящными культурами положили «репинские ямники» – первая степная суперкультура. С учетом существующих представлений о хронологии это историческое событие могло произойти в конце IV тыс. до н.э.
Таким образом, распространение элементов майкопской культуры в северо-западном направлении можно рассматривать как результат инфильтрации связанного с ней населения, в то время как северо-восток в сторону Волги был областью спорадического и фрагментарного распространения элементов майкопской культуры в виде влияний, заимствований и обменов.
Для продвижения на запад у «майкопцев» теоретически было два пути вокруг Азовского моря: через Нижний Дон и через Керченский пролив, но пользовались ли крымским маршрутом на раннем этапе продвижения в степь, неизвестно. Похоже, что в Крыму «майкопцы» оказались на закате собственной культуры.
Жизнь нескольких поколений майкопских переселенцев на значительном удалении от собственных культурных центров и в окружении чуждых культур неизбежно наложила свой отпечаток на их систему традиционных ценностей. Возможно, южная граница настоящего степного варианта майкопской культуры начинается только за Нижним Доном, где сохранение самобытности было тесно связано с компромиссами вынужденного взаимного сосуществования различных культурных групп.».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 01, 2017 2:09 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

А. В. Кияшко. О восточных пределах распространения раннекатакомбного обряда на территории Волго-Донского междуречья // Материалы по археологии Волго-Донских степей: Сб. науч. статей. – Волгоград, 2001. – Вып. 1. – С. 93–109. (http://www.bronza-lib.narod.ru/k/a_kijashko2001b.html).

А. В. Кияшко. Основные структуры погребального обряда эпохи средней бронзы степного Предкавказья // Историко-археологические исследования в г. Азове и на Нижнем Дону в 1999-2000 гг. – Азов, 2001. – Вып.17. – С. 257–274. (http://www.bronza-lib.narod.ru/k/a_kijashko2001d.html).

С. Ж. Пустовалов. Ингульская катакомбная культура и критерии выделения археологических культур // Етнічна історія та культура населення Степу та Лісостепу ЄвразіЇ (від кам'яного віку по раннє середньовіччя: Матеріали міжнародноЇ археологічноЇ конференціЇ. – Дніпропетровськ, 1999. – С.73–75. (http://www.bronza-lib.narod.ru/p/pustovalov1999.html).

Т. А. Копьева. Катакомбные погребения в курганах Крыма // Проблемы изучения катакомбной культурно-исторической общности: Тезисы докладов Всесоюзного семинара. – Запорожье, 1990. – С. 32–35. (http://www.bronza-lib.narod.ru/k/kopjeva1990.html).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 22, 2017 4:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

К Ведьме Ксении

Об раннекатакомбной культуре.
Вот ето (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=17) факт и ето была миграция майкопцев или майкопско-новосвободненцев. Археологисты назвали ету миграцию Животиловская археологическая культура (ЖивК) (http://генофонд.рф/?page_id=9475). Стратиграфическо ЖивК перекрывает Нижнемихайловскую культуру, а по тому максимально возможная нижняя дата (начало культуры) – ето 3650 г. до н. э. (верхняя дата Нижнемихайловской культуры ((http://www.academia.edu/17042157/Dereivka_culture_and_monuments_of_the_Low_Michajlovka_type), с. 104)), то есть ето самая ранняя возможная дата начала миграции майкопцев из первичного (начального) ареала – ареала Майкопской культуры или Майкопско-Новосвободненской общности ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf), с. 171).



А если мы учтём, что, по мнению А. Н. Гея, наиболее близка к Новотиторовской культуре (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=11)



была Новосвободненская культура или Новосвободненский етап Майкопско-Новосвободненской культуры или общности, а так же рамки Новотиторовской археологической культуры 3300/3200 – 2700 гг. до н. э. (http://w.histrf.ru/articles/article/show/novotitorovskaia_kultura), то мы получаем, что появление Новотиторовской культуры – ето часть той же самой миграции майкопцев на север и северо-запад из начального ареала, которая привела и к появлению ЖивК. В начале ето была достаточно мелкая миграция, так как памятники рассредоточились на большой территории (http://генофонд.рф/?page_id=9475). По сути ето были разведчики. Исключение составляло лишь междуречье рр. Кубань и Бейсуг, сюда миграция была массовой от примерно 3300/3200 г. до н. э. или самое позднее от 3100 г. до н. э. (начало 2-го этапа Новотиторовской культуры), которая могла привести к рождению Новотиторовской культуры.

В. Я. Стеганцева (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=3) об «позднеямных» погребениях, предшествовавших раннекатакомбным, в степях Донского Левобережья (южный берег Нижнего Дона) (293 погребения): 2,7 % – вытянуто на спине, 31,06 % (12,6 + 8,9 + 9,56) – скорченно на спине, 51,5 % – скорченно на правом боку, 13,6 % – скорченно на левом боку, около 1 % (1,14 %) – скорченно ничком.
Майкопско-новосвободненцы хоронили своих умерших в позе адорации на правом боку, то есть скорченно на правом боку с кистями обеих рук у лица. Гораздо редчее в Майкопской (Майкопско-Новосвободненской) культуре встречалось и симметричное трупоположение на левом боку, то есть поза адорации на левом боку. В «позднеямных» захоронениях Донского Левобережья мы видем уже как минимум половину (51,5 %) потомков майкопцев. Да, кисти рук не у лица, но инвентарь показовает, что ето были потомки майкопцев. Похороненные скорченно на левом боку то же могли быть потомками майкопцев, а могли и не быть, а по тому я их не учёл, но они не потомки ямников. А ямники – ето примерно 1/3 часть 33,76 % (2,7 + 31,06). И такое же или похожее положение было в наидревней катакомбной культуре Преддонецкой (Приазовской) (http://www.bronza-lib.narod.ru/k/a_kijashko2001d.html). Из етого следует, что наидревняя катакомбная культура – ето было взаимодействие пришлых майкопцев и ямников. Но если бы не было прихода майкопцев, то не было бы и появления наидревней катакомбной культуры. Из етого следует, что именно миграция майкопцев на север и северо-запад из ареала Майкопской (Майкопско-Новосвободненской) культуры привела к появлению Катакомбной КИО.

Так же я думаю о том, что миграция майкопцев в Восточное Приазовье и особенно в Северное Приазовье от 3300 г. до н. э. или же от 3100 г. до н. э. была достаточно массовой, а по тому привела к издавлению части ямников с етих земель, и уходу етой части на запад в Северо-Западное Причерноморье, и порождению там етою частью ямников Буджакской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12561&start=6). А нижняя дата Буджакской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12561&start=7) примерно 3100/3000 г. до н. э. – ето и есть нижняя дата наидревней или по-другому первичной катакомбной культуры, а по тому и нижняя дата всей Катакомбной КИО. В пользу етого свидетельствует и первоначальный всплеск Ингульской катакомбной культуры, который, исходя из графика, был примерно в 3100 – 2900 гг до н. э. (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=5). Как я думаю, ето была та же волна, что и волна буджакцев. Но в отличии от буджакцев ета группа ямников перешла на захоронения в подбоях и катакомбах, породив раннюю Ингульскую катакомбную культуру. А 2700 г. до н. э. – ето нижняя дата вторичной катакомбной культуры Среднедонской.

Так же я думаю о том, что массовая миграция майкопцев в Приазовье привела к тому, что в ареале Майкопской культуры появились полупустые и пустые земли. Узнав об етом, соседние к востоку куро-аракцы начали заселять ети земли (начали миграцию на ети земли). Но не какие попало, а лишь те куро-аракцы, которые хоронили своих умерших вытянуто на спине (одинаково преобладавшее трупоположение у ингульских катакомбников и северокавказцев отнюдь не свидетельствует о том, что они произошли из одного корня). Ето привело примерно в 3000/2900 г. до н. э. к появлению Северокавказской археологической культуры (http://генофонд.рф/?page_id=10478). В Северокавказской культуре ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf), сс. 256, 257)



были черты как Майкопской, так и Куро-Аракской культур ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf), с. 14).



Ето свидетельствует о том, что, во-первых, часть майкопцев (майкопско-новосвободненцев) осталась жить в ареале Майкопской культуры, а во-вторых, что мигранты, породившие Северокавказскую культуру, пришли из Куро-Аракской культуры.

Итак, примерно в 3650 г. до н. э. началась миграция майкопцев на север и северо-запад из первичного (начального) ареала – ареала Майкопской культуры в виде Животиловской культуры. Она была небольшой кроме междуречья рр. Кубань и Бейсуг, куда миграция майкопцев была массовой. Массовая миграция майкопцев в междуречье рр. Кубань и Бейсуг могла привести примерно в 3300/3200 г. до н. э. к появлению Новотиторовской культуры. После етого началась массовая миграция майкопцев на более северные и северо-западные земли Приазовья. Ета массовая миграция майкопцев привела примерно в 3100/3000 г. до н. э. к появлению первичной (наидревней) катакомбной культуры Преддонецкой (Приазовской), а по тому и к появлению всей Катакомбной КИО. Массовая миграция майкопцев в Северное Приазовье привела к миграции части ямников в Северо-Западное и Северное Причерноморье, где примерно в 3100/3000 г. до н. э. одна часть появила Буджакскую (западноямную) культуру, а другая часть появила раннюю Ингульскую катакомбную культуру. С другой стороны, массовая миграция майкопцев из ареала Майкопской культуры привела к появлению полупустых и пустых земель в самом ареале Майкопской культуры, что привело к миграции на ети земли части соседних куро-аракцев. Ета миграция куро-аракцев привела примерно в 3000/2900 г. до н. э. к появлению Северокавказской культуры.

Вот как-то так я вижу начальный этап Катакомбной КИО. Я не заставляю вас в ето вереть, так как Катакомбная КИО – ето сложнейшее археологическое образование. Но в текущий миг я представляю себе, что Катакомбная КИО зарождалась именно так, как я ето высочее описал и породили её именно майкопцы свой миграцией.


Последний раз редактировалось: Одоакр (Пт Апр 27, 2018 2:20 pm), всего редактировалось 4 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 22, 2017 11:29 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Снова шломоноид набредил не соображая что
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 23, 2017 2:28 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Снова шломоноид набредил не соображая что

Бредют вороны, а я предполагаю! Я понимаю, что вы не хочете думать о Катакомбной КИО, так как ето сложнейшее археологическое образование. Вы ждёте, пока какие-нибудь «авторитетные» археологисты изложат свою концепцию рождения, развития и окончания Катакомбной КИО, а вы будете её критиковать. Но в данном вопросе беда в том, что большинство археологистов предпочитает заниматься тем же самым, чем и вы, то есть лишь критиковать немногие предложенные другими археологистами концепции, но при етом они сами не предлагают взамен ни каких своих концепций!? А по тому, вероятно, ждать вам придётся ещё долго.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 24, 2017 3:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Археологисты Смеется предполагают.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0
На бред шломоноида (он называет его предполаганием) наплевать и забыть.
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 29, 2017 11:52 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Археологисты Смеется предполагают.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0
На бред шломоноида (он называет его предполаганием) наплевать и забыть.

Вот ето археологическое явление (http://генофонд.рф/?page_id=9475) было – ето факт! А как его называют археологисты Животиловская, или Животиловско-Волчанская, или Кубано-Днепровская культура – ето не важно. То, что ето была миграция именно майкопцев, вам и подобным популярно объяснил В. А. Трифонов (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=17). Временные рамки Майкопско-Новосвободненской культуры – ето 4000 – 3000/2900 гг. до н. э. (http://w.histrf.ru/articles/article/show/maikopskaia_kultura). В. А. Трифонов определяет время миграции майкопцев на север и северо-запад в рамках второго (костромского) етапа Майкопско-Новосвободненской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&postdays=0&postorder=asc&start=17): «… О времени освоения майкопскими переселенцами территории к западу от Нижнего Дона можно судить по облику майкопской керамики, которая встречается в погребениях группы III-C на самых западных рубежах своего распространения. Хронологически наиболее характерными типами являются небольшие острореберные сосуды, украшенные по плечикам вдавленным или пролощенным «паркетным» орнаментом (Соколово I, к.6, п.4; Животиловка/Новомосковск, к.1, п.10) (рис.5), т.е. та разновидность посуды, которая типична для костромского (Костромская–Иноземцево) этапа развития майкопской культуры. При этом бросается в глаза, что на западной окраине майкопского мира нет ни ранних майкопских форм устьджегутинского периода, ни поздних форм бамутского этапа. …». А максимально возможная нижняя дата Животиловской культуры (http://генофонд.рф/?page_id=9475) – ето 3650 г. до н. э. (верхняя дата Нижнемихайловской культуры ((http://www.academia.edu/17042157/Dereivka_culture_and_monuments_of_the_Low_Michajlovka_type): с. 104)). А ето и есть примерно второй етап Майкопско-Новосвободненской культуры. А по тому вашим словам место на свалке!

По поводу трупоположений в раннекатакомбной культуре: мало статьи В. Я. Стеганцевой (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=3), читайте статью А. В. Кияшко (http://www.bronza-lib.narod.ru/k/a_kijashko2001d.html)! Ссылки на статьи А. В. Кияшко я давал (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=18)! А то, что вы их не прочитали, то ето ваши проблемы, а не мои!

Вси археологисты знают и говорят об раннекатакомбной культуре. Ранние даты на графиках Ингульской катакомбной культуры ((http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=0): рис. 6)



и ((http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=5): рис. 8 ),



которые, между прочим, не я нарисовал, а Р. А. Мимоход, очень плохо вписоваются в официальную хронологию Катакомбной КИО 2700 – 2200 гг. до н. э., а именно опережают нижнюю дату примерно на 400 лет. А дальше дело техники! Не сложно понять, что именно ети ранние даты Ингульской катакомбной культуры и были ранними датами раннекатакомбной культуры! Я всего лишь сопоставил факты и сделал вывод!

Итог: была миграция майкопцев на север из ареала Майкопской культуры в Приазовье на территорию ямников, которая и породила раннекатакомбную культуру!

О связи миграций ямников и куро-аракцев с миграцией майкопцев не трудно было догадаться, так как миграция майкопцев была на территорию ямников, ето с одной стороны. А с другой стороны был уход части майкопцев с части территории Майкопской культуры, который породил миграцию на ету часть территории соседних кура-аракцев (свято место пусто не бывает)! От чего одна часть ямников предпочла породить вместе с пришедшими майкопцами раннекатакомбную культуру, а другая часть ямников предпочла уйти в Северо-Западное Причерноморье? Ето не ко мне вопрос! В жизни так часто бывает, каждый избирает свою дорогу!


Последний раз редактировалось: Одоакр (Ср Дек 06, 2017 5:23 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 29, 2017 2:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Продолжение ко (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=19).

И ето ещё не всё. Есть ещё как минимум 3 вопроса, на которые археологисты пока вменяемо не ответили.
Вопрос 1: куда делися после 2800 г. до н. э. (верхней даты Усатовской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12561&start=7)) усатовцы-позднетрипольцы? С. В. Иванова (http://генофонд.рф/?page_id=27749): «… Что касается усатовского населения, то следы его проникновения в другие ареалы незначительны и в восточном (Рассамакін, 1997, с. 293), и в западном направлении (Дергачов 2004, с. 111; Nikolova L. 2000, р. 4). Наиболее cеверо-восточным проникновением Усатово является урочище Гард на южном Буге. …». Верно, испарилися. Напомню некоторые характеристики погребального обряда выхватинцев и усатовцев ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_03.pdf): сс. 221-231): с. 223:
«… Умершего клали в могильную яму в скорченном положении, преимущественно на левый бок, головой на север – северо-восток; кисти согнутых рук помещали перед лицом. …
Хорошая сохранность некоторых черепов из Выхватинского могильника позволила установить, что антропологический тип трипольцев сходен со средиземноморским типом, распространенным в то время на Балканах и в Подунавье. …».
Вопрос 2: происхождение покровцев (населения Покровского культурного типа (ранних срубников))? О покровцах (http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/06/19/aves_vol_1.pdf): сс. 66-82 (А. Х. Халиков. Поволжье в покровское время (погр. обряд: с. 67)) и сс. 82-101 (Н. М. Малов. Погребальные памятники Покровского типа в Нижнем Поволжье (погр. обряд: с. 94)).
Вопрос 3: источник позы адорации на левом боку – преобладавшего трупоположения Срубной КИО и большей части Андроновской КИО? (http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/06/19/aves_vol_1.pdf): сс. 94-95:



Каким-то «волшебным» образом получилося, что погребальный обряд покровцев (скорченно на левом боку, часто с кистями обеих рук у лица (поза адорации на левом боку) с ориентацией костяков в основном на север или северо-восток) такой-же, как и у усатовцев и выхватинцев (поза адорации на левом боку с ориентацией костяков на север или северо-восток). У майкопцев или майкопско-новосвободненцев ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf): сс. 178-188) то же была поза адорации, но преобладающе на правом боку, а поза адорации на левом боку редко встречалась, да и ориентация костяков у майкопцев в основном была на юг, в некоторых случаях на юго-запад или запад. А по тому погребальный обряд покровцев соответствовал к погребальному обряду усатовцев и выхватинцев, а не к погребальному обряду майкопцев! Вот ответ одновременно на вопросы 1 и 3!

Раньше покровцев пыталися изводить из абашевцев, или из более ранних полтавкинцев, или из ямников. После краниологических исследываний А. А. Казарницкого (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=1) и (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=12) мы можем исключить ети варианты. Покровцы (№ 30) никак не могли произойти от полтавкинцев (№ 15) ((http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=1), рис. 3 и рис. 4), так как разница между ними велика. Покровцы (№ 30) близки к лолинцам (№ 8 ) и довольно близки к криволукцам (№ 7) и вообще к кавказцам. Из етого следует, что в покровцах была заметная южноевропеойдная составляющая, но ето ещё вовсе не обозначает, что покровцы были кавказцы. Ранее некоторые замечали, что у покровцев была южноевропеойдная составляющая ((http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/06/19/aves_vol_1.pdf): сс. 95-96). В частности, А. В. Шевченко разлядел импульс с юго-запада (с Причерноморья). У усатовцев и выхватинцев так же была южноевроеойдная составляющая. Краниологические исследывания А. А. Казарницкого выявили у покровцев достаточно заметную южноевропеойдную составляющую. А у усатовцев и выхватинцев так же была южноевроеойдная составляющая. Таким образом, покровцы имели не только такой же погребальный обряд, как у усатовцев и выхватинцев, но покровцы ещё и по краниологии были достаточно близки к усатовцам и выхватинцам. Вот ответ на вопрос 2!

Приход нового населения на Волгу мы можем увидеть и при сравнении трупоположения ранних полтавкинцев и развитых полтавкинцев (http://archsamara.ru/files/biblioteka/242.pdf): сс. 51-52:
«… В XXIX вв. до н.э. начинается новый этап – эпоха средней бронзы. В регионе распространяются новые погребальные традиции и новые типы инвентаря. К ним относятся: ямы с уступами, столбовые ямки и канавки на дне ямы, «протокатакомбы», положение погребенного на боку, ко-леса из досок с выточенными втулками, особые типы металлических изделий (топоры, ножи), молоточковидные булавки с веретенообразным стержнем (рис.6). Начало среднего бронзового века соответствует появлению в Поволжье раннеполтавкинской культуры (утевский этап), в Приуралье – памятников тамар-уткульского типа. Последние представляются как вполне самостоятельное культурное явление. По основной области распространения этот этап возможно назвать «илекским». Очевидно, что формирование новых культур происходило на основе ямной культуры. При этом в ямах сложных конструкций абсолютно преобладают погребения на правом боку. Погребения на спине единичны и их большая часть содержит отдельные конструктивные детали (рис.1). Для территории Самарского Поволжья возможно предполагать смешение признаков обряда предшествующей и последующей культур. Но полярность признаков обрядовых групп выражена вполне отчетливо. Определяющими для новой эпохи были новые культурные традиции. В их основе – принципиально другое воплощение погребального обряда, связанное с необходимостью размещения в могильной яме повозки. Данный обряд имеет прямое воплощение в новотиторовской культуре Прикубанья (Гей, 2000). В Волго-Уралье мы имеем воспроизведение этих признаков, уже не связанных с практическим предназначением укрытия в яме погребальной повозки. Частичная замена воплощения обрядовой практики вместо изначального его цельного воспроизведения – вполне закономерное явление общекультурной эволюции. Соответственно, появилась гипотеза о кавказском импульсе в начале эпохи средней бронзы на территории Волго-Уралья (Кузнецов, 1996б). Антропологические наблюдения А.А. Хохлова, в совокупности с археологическими сравнениями, позволяют мне сделать предположение о дальнедистанционной миграции в направлении на северо-восток и восток (Кузнецов 2003; 2009). Впрочем, существует и противоположная точка зрения, согласно которой, наблюдается конвергентное развитие культур Предкавказья и Волго-Уралья (Моргунова, Турецкий, 2003). В дополнение к дискуссии о миграциях следует отметить, что начало эпохи СБВ в Предкавказье так же как и в Поволжье характеризуется появлением новых культур. Их возникновение М.Б. Рысин, например, связывает с прямой миграцией населения из Закавказья (Рысин, 2008. С.219-220). Если гипотеза окажется верной, то появление новых культурных традиций в Волго-Уралье получит дополнительное объяснение. Ранний утевско-илекский этап СБВ в целом охватывает период XXIX-XXV вв. до н.э. (Кузнецов, 2007).
Поздний этап СБВ соответствует собственно полтавкинской культуре. В целом он синхронен распространению катакомбных культур к западу от Волги и фатьяновско-балановского блока культур в лесном Поволжье. Область распространения катакомбных культур ограничивается к востоку волжским правобережьем. Их влияние существенно трансформировало облик полтавкинской культуры на данном этапе (рис.7, 1-6). Определенное значение имел и обратный процесс. Территория к востоку от Урала оказывается периферийной и по отношению к волго-уральскому и к западносибирскому регионам. Поздний этап СБВ датируется временем XXV-XXII вв. до н.э. …».
К чему привела трансформация (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=9):
«… Специфичными выглядят и некоторые черты погребального обряда в рассматриваемой группе захоронений. Преобладающая поза умерших – положение скорченно на спине с некоторым разворотом туловища на левый бок (30%); также на спине без завала в какую-либо сторону; реже – на левом или правом боку. …
Преобладающими позами погребенных в ямных захоронениях являются положение на левом боку, часто с небольшим завалом на спину (44%), либо на спине, скорченно, с разворотом на левый бок (20%).
Ориентированы погребенные, как правило, на восток (42%) или на северо-восток (25%). …». (Примечание: «рассматриваемая группа захоронений» – ето захоронения в подбоях).
То есть у раннеполтавкинцев преобладали трупоположения скорченно на спине (позднеямники) и скорченно на правом боку (потомки майкопцев), а у развитых полтавкинцев уже преобладали трупоположения скорченно на спине (позднеямники) и скорченно на левом боку (потомки усатовцев), что свидетельствует о появлении на Нижней Волге новой группы населения. Только ета «трансформация» произошла не в примерно 2500 г. до н. э. (по мнению П. Ф. Кузнецова), а примерно в 2700 г. до н. э.. Ранние полтавкинцы – ето мигранты из первичных катакомбных культур, от того и по трупоположению ето были ямно-майкопцы. А в районе примерно 2700 г. до н. э. на Нижнее Поволжье пришли усатовцы (и, возможно, выхватинцы), а по тому трупоположение изменилося. Скорее всего, приход усатовцев привёл к истеснению (миграции) части населения и появлению Среднедонской катакомбной культуры и к новой волне миграции в Ингульскую катакомбную культуру ((http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=0): рис. 5 и рис. 6) и ((http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=5): рис. 8 ). Всплески на графиках катакомбных культур в районе примерно 2700 – 2600 гг. – ето и есть не что иное, как приход усатовцев и, порождённые етим приходом внутренние миграции в ареале Катакомбной КИО.

Я думаю о том, что среди усатовцев и выхватинцев преобладали носители Y-хромосомной гаплогруппы R1a субклада Z93. Смотрем на Y-хромосомные находки (http://www.ancestraljourneys.org/copperbronzeagedna.shtml):
Андроновская КИО: 3 R1a (Солёноозёрная IV, Усть-Абакансты, Кытманово);
Синташтенско-Петровская культура: 2 R1a (Буланово, Степное VII);
Потаповская культура: 1 R1a (Утёвка VI);
Срубная КИО: 6 R1a (Новоселки, Спиридоновка IV (2), Бариновка I, Уваровка I, Спиридоновка II);
Полтавкинская культура: 1 R1a (Потаповка I, 2731 ± 195 г. до н. э. (Poltavka outlier – Russia – Potapovka I, Sok River, Samara [I0432 / SVP 42] – М – 2925-2536 BC – R1a1a1b2a – Z94), ето тот, который скорченно на спине с черепом коня вместо головы человека), 4 R1b (Лопатино II, Грачёвка II, Кутулук III, Николаевка III).
Синташтенско-Петровская культура – ето начальная стадия Андроновской КИО. Синташтенско-Петровская культура происходет из Потаповской культуры. Некоторые даже пытались их объединить в одну культуру, но ето не правильно. А Потаповская культура происходет из Вольско-Лбищенской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12657&start=5): «… Дальнейшая судьба населения, оставившего памятники вольско-лбищенского типа, судя по материалам раскопок последних лет, связана с формированием в лесостепном Поволжье и Подонье памятников потаповского и власово-филатовского типов. Это яркие культурные образования начала позднего бронзового века Восточной Европы, в керамике которых фиксируются вольско-лбищенские традиции.». Ети Y-хромосомные находки указовают на то, что среди вольско-лбищенцев преобладали носители Y-хромосомной гаплогруппы R1a субклада Z93.
Срубная КИО происходет из Покровской культуры. Покровская культура формально, исходя из наидревних захоронений, то же произростает с территории Вольско-Лбищенской культуры.
У полтавкинцев нашли 4 носителей R1b, что свидетельствует о том, что полтавкинцы – ето потомки ямников. А вот ето чуднóе захоронение с черепом коня вместо головы, во-первых, формально происходет из ареала Вольско-Лбищенской культуры, а во-вторых, как раз и показовает, когда на Нижней Волге появилися носители R1a Z93 – примерно в 2700 г. до н. э.. Ето и были усатовцы.

Упрощённо говоря, потомками усатовцев были вси усопшие, которых похоронили скорченно на левом боку, а так же в позе адорации на левом боку в районах Доно-Волжского междуречья, Нижнего и части Среднего Поволжья, а так же части Калмыкии и части степного Предкавказья. Ими были в катакомбное время носители Вольско-Лбищенской культуры, часть носителей Доно-Волжской и Восточноманычской катакомбной культур, а в послекатакомбное время носители Лолинской культуры, Криволукской культурной группы и Покровской (раннесрубной) культуры, а так же их прямые потомки – большая часть населения Андроновской КИО и Срубной КИО. В основном ето были праиндоиранцы, но так же ещё и как минимум пратохары.

Итак, после окончания Усатовской культуры в 2800 г. до н. э. усатовцы, а, скорее всего, и выхватинцы, ушли на восток и поселилися примерно в районе Нижнего Пововолжья. Они изменили облик Доно-Волжской и Восточноманычской катакомбной культур, а так же их приход вызвал миграцию, породившую Среднедонскую катакомбную культуру.

Тут всего-то нужно было лишь замететь, что в примерно 2800 г. до н. э. закончилася Усатовская позднетрипольская культура, а их потомков ни где нет, ето с одной стороны. А с другой стороны, примерно в 2700 г. до н. э. на Нижней Волге появилося новое население. Но так не бывает: ни что не исчезает бесследно и ни что не появляется из пустоты! Ети два явления имели прямую связь – ето был уход усатовцев, а, может быть, и выхватинцев на восток!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 29, 2017 6:15 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Одоакр писал(а):
Я всего лишь сопоставил факты и сделал вывод!

Одоакр писал(а):
А по тому вашим словам место на свалке!

(http://говнофонд.рф/?page_id=9475)
Смеется
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пт Дек 01, 2017 1:36 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Дополнение ко (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=23).

В Буджакской (западноямной) культуре у преобладавших трупоположений скорченно на спине голова располагалася на западе (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12561&start=6), а у классических ямников на востоке или северо-востоке. Западное располагание головы появилося у приазовских раннекатакомбников (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=3). А по тому буджакцы с вероятностью 99 % пришли именно из Приазовья.
С. В. Иванова (http://www.academia.edu/20648195/Катакомбная_культура_Северо-Западного_Причерноморья):

Вот вам ямные протоингульцы примерно 3100 – 2900 гг. до н. э., которые хорошо соответствуют с миграцией буджакцев!

Миграцию кура-аракцев показовает ета карта Новотиторовской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=11): петропавловская группа – ето и есть захоронения вытянуто на спине. А кроме того (https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 108:




«Картина маслом»! Скорченные на боку – ето потомки майкопцев, скорченные на спине – ето потомки ямников, а вытянутые на спине – ето потомки кура-аракцев. В первой половине Новотиторовской культуры (примерно 3300 – 3000 гг. до н. э.) миграция кура-аракцев была небольшая, а усилилася миграция куро-аракцев во второй половине Новотиторовской культуры (примерно 3000 – 2700 гг. до н. э.). И ето как раз хорошо соответствует с началом Северокавказской археологической культуры.

Я думаю о том, что археологисты придут ко моим выводам довольно скоро, так как мысли в етом направлении есть.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пт Дек 01, 2017 2:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Дополнение ко (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12691&start=24).

Трупоположение скорченно на боку в Поволжье не имеет местных корней: в Самарской культуре преобладало трупоположение вытянуто на спине, в Хвалынской энеолитической культуре преобладало трупоположение скорченно на спине, в Ямной КИО – так же как и в предыдущей.

По мнению Н. М. Малова наиранними поселениями Покровской культуры (ПК) или Покровского культурного типа (ПКТ) были селения Новая Покровка I и Новая Покровка II, располагавшихся на р. Терёшка ((http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/08/05/malov_n.m._pokrovskaya_kultura_nachala_epohi_pozdney_bronzy_v_severnyh_rayonah_nizhnego_povolzhya_po_materialam_poseleniy_srubnoy_kulturno-istoricheskoy_oblasti.pdf): с. 68 ): «… По керамике и другим вещам наиболее раннее место в ПК, скорее всего, должны занять два селища: Новая Покровка-I, II. К развитому или классическому периоду можно отнести селище Сады. …» (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12657&start=13). Селения Новая Покровка I и Новая Покровка II, располагавшиеся на р. Терёшка, находилися севернее г. Вольск, а по тому формально ето был ареал Вольско-Лбищенской культуры (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12657&start=16).

Н. М. Малов ((http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/08/05/malov_n.m._pokrovskaya_kultura_nachala_epohi_pozdney_bronzy_v_severnyh_rayonah_nizhnego_povolzhya_po_materialam_poseleniy_srubnoy_kulturno-istoricheskoy_oblasti.pdf): сс. 40-41):
«… Достаточно давно, в основном по неопубликованным архивным отчетам, стали накапливаться стратиграфические наблюдения, указывающие на то, что некоторые погребения ПКТ, являющиеся основными, перекрываются срубными, или срубные являются впускными по отношению к ним. Случаи обратной стратиграфии пока нам не известны. Вместе с тем были и свидетельства об их стратиграфической и хронологической одновременности, то есть, согласно курганной стратиграфии, ПК должна предшествовать срубной культуре, а затем какое-то время поздние памятники ПК сосуществуют с раннесрубными. Эти данные учитывались при определении места ПКТ и ПК, а также при разработке концептуальных основ выделения культурных типов памятников СКИО Нижнего Поволжья [Малов, 1992, 1994].
Другие российские исследователи также обратили внимание на подобные случаи курганной стратиграфии. Так, например, Е.П. Мысков совершенно верно использовал часть этих наблюдений, но почему-то отнес стратиграфически более ранние заволжские захоронения с северной ориентировкой к «бережновской группе», а не к ПКТ, хотя и указал, что в Волго-Донском междуречье очень древние покровские комплексы иногда перекрываются срубными [Мыськов, 1994. С. 150–161]. Стратиграфический приоритет погребальных памятников ПК перед срубными подтверждался и другими закрытыми комплексами. В итоге И.В. Сергацков вполне обоснованно констатировал: «В Волго-Донском междуречье севернее широты Волгограда в стратифицированных курганах пока отмечено, что покровские памятники предшествуют бережновским и ни разу не зафиксировано обратное» [Сергацков, 1994. С. 75–76]. Позже эти и другие стратиграфические наблюдения, полученные и уже учтенные саратовскими и волгоградскими исследователями, использовались в исследовании В.В. Отрощенко [Отрощенко, 2001. С. 266–270., мал. С. 20–24]. …».
Вот в етом суть!

Н. М. Малов ((http://www.sgu.ru/sites/default/files/textdocsfiles/2014/08/05/malov_n.m._pokrovskaya_kultura_nachala_epohi_pozdney_bronzy_v_severnyh_rayonah_nizhnego_povolzhya_po_materialam_poseleniy_srubnoy_kulturno-istoricheskoy_oblasti.pdf): с. 41):
«… Как справедливо подчеркнул В.В. Цимиданов, затем погребения в позах адорации раннего, развитого и позднего периодов ПКТ стали трактоваться и использоваться исследователями ДВАК крайне тенденциозно и противоречиво [Цимиданов, 2005]. Особенно это коснулось тех захоронений ПК, которые были определены в нашем неопубликованном исследовании как ранние и поздние. А.Д. Пряхин, В.В. Отрощенко и другие исследователи стали отрывать от ПК самую раннюю группу, включая ее в число развитых и даже, порой ранних, памятников ДВАК. Остальные же группы, развитого и позднего периодов ПКТ, трактуются как «позднеабашевские», «раннесрубные» или «переходного горизонта», то есть теперь исследователи существенно видоизменяют позицию ранних «синкретических абашевско-срубных» памятников, до этого включавшихся только в поздний этап ДВАК. Сейчас признается хронологическая неоднородность бывших, так называемых поздних «синкретических абашевско-срубных» памятников ДВАК. …».
А вот ето наведение тени на плетень. Вот от куда идёт всё путанье! Вот от куда идёт ето жонглирование терминов «Покровско-Абашевская культура», «Абашевско-Срубная культура» и тому подобные (http://www.vestnik.vsu.ru/pdf/history/2011/01/2011-01-07.pdf). Часть археологистов пытается включить Покровскую культуру или Покровский культурный тип в Абашевские культуры, а потом из Абашевских культур вывести Андроновскую КИО и Срубную КИО. Но ето не правильно. В принципе ето удобно, чтобы сильно не заморочиваться. Да, как я думаю, часть покровцев (послеусатовцев) жила почти на одной территории с полтавкинцами, об етом свидетельствует вольско-лбищенская керамика, достаточно часто встреченная в Полтавкинской (позднеямной) культуре. Но ето были разные как минимум культурные типы: полтавкинцы хоронили своих усопших преобладающе скорченно на спине или же вытянуто на спине, а покровцы – скорченно на левом боку. А по тому не правильно смешивать их! Пока археологисты концепционно не поймут, что покровцы – ето потомки усатовцев, дело не сдвинется с мёртвой точки!
Вольско-Лбищенскую культуру пытаются вывести из шнуровых культур. Ето то же не правильно, так как не логично, ето скорее примитивно. У шнуровиков (в частности у фатьяновцев и балановцев) преобладали носители Y-хромосомной гаплоруппы R1a субкладов Z283 и Z282, а у покровцев, очевидно, что преобладали носители Y-хромосомной гаплоруппы R1a субклада Z93. Да, какая-то очень-очень небольшая группа балановцев могла войти в состав покровцев, но не она определила облик покровцев, андроновцев и срубников.

Об идее Р. А. Мимохода об миграции с Северо-Восточного Кавказа в последней трети III тыс. до н. э. (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=12619&start=9).
Как я теперь думаю, не было в послекатакомбное время ни какой миграции с Северо-Восточного Кавказа на территории послекатакомбных Лолинской культуры и Криволукской культурной группы. Я поглядел на археокультурное состояние Северо-Восточного Кавказа в последней трети III тыс. до н. э. ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf): с. 287-333): после окончания Кура-Аракской культуры на данной территории, исходя из множества видов погребальных сооружений, форм могил, способов захоронения и ориентировки погребённых, археокультуры находилися в переходном состоянии от предыдущей Кура-Аракской культуры к следующим культурам, то есть в стадии зарождения или культурогенеза, а конкретные культуры сложатся чуть позднее. Да, преобладали склеповые могильники, но не очень сильно. Явно можно выделить лишь тенденцию к коллективным захоронениям. Если описать Гинчинский могильник ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_14.pdf): сс. 314-316), то ето был склеповый многоярусный могильник, в котором в каждом склепе было своё труположение. Ни в Восточноманычской катакомбной культуре, ни в следующей Лолинской культуре таких могильников не было. А по тому я не верю в миграцию с Северо-Восточного Кавказа в последней трети III тыс. до н. э.. Скорее всего, Р. А. Мимоход порешил, что была миграция с Северо-Восточного Кавказа, когда увидел краниологию Лолинской культуры и Криволукской культурной группы. Да, лолинцы и криволукцы имели в облике южноевропеойдную составляющую, но ето ещё не значет, что они были кавказцы.

Я думаю о том, что археологисты ещё долго будут распутывать етот вопрос, так как пока они даже мысли об усатовцах не высказали.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пн Дек 11, 2017 1:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

К Ведьме Ксении

Об «узком месте» Новотиторовской культуры (НтК).
Временные рамки НтК (http://w.histrf.ru/articles/article/show/novotitorovskaia_kultura): 3300/3200 – 2700 гг. до н. э.. А. Н. Гей разделяет НтК на три етапа, но не указовает временной разбив. А по тому, я могу предполагать об равных временных отрезках: 3300 – 3100 гг. до н. э.; 3100 – 2900 гг. до н. э.; 2900 – 2700 гг. до н. э..
Во всех трёх етапах преобладало трупоположение скорченно на боку с отклонением (разворотом) на спину, одна рука протянута к колену или середине бедра, а другая кистью на животе, поясе, редчее на тазе ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 124). Так же были трупоположения сильно скорченно на боку с кистями обеих рук у лица, то есть в позе адорации. Большинство захоронений в позе адорации произвели в первом и втором етапах ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 124). В целом (во всех етапах) в НтК в количественном отношении преобладало трупоположение скорченно в полоборота в право с западной ориентировкой. В более северной наидревней раннекатакомбной Преддонецкой (Приазовской) культуре преобладало точно такое же трупоположение. В обоих случаях почти без сомнений – ето потомки майкопцев или майкопско-новосвободненцев.
(https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 104:

Как мы видем, на первом етапе преобладало трупоположение скорченно на левом боку или с разворотом в лево с разным расположением рук, в том числе и в позе адорации, с восточной или северо-восточной ориентировкой. Вот с принадлежностью етой группы не всё однозначно.
А. Н. Гей определил ету группу как степной вариант Новосвободненской культуры или степной вариант Новосвободненского етапа Майкопско-Новосвободненской культуры или общности ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): сс. 198-199). Формально в Майкопской культуре было трупоположение скорченно на левом боку, пускай и достаточно редко, а немайкопская ориентировка костяков на восток или северо-восток вместо майкопской на юг, юго-запад или запад – ето воздействие классических ямников. И всё равно ето достаточно большой натяг. Но етот вопрос сложен.
Здесь я могу кое-что замететь. В Майкопской культуре преобладало трупоположение скорченно на правом боку с кистями обеих рук у лица (поза адорации) преимущественно с ориентировкой на юг, редчее на юго-запад или запад (http://w.histrf.ru/articles/article/show/maikopskaia_kultura). В классической Ямной культуре преобладало трупоположение скорченно на спине преимущественно с ориентировкой на восток или северо-восток, у более поздних западноямников-буджакцев – на запад (http://w.histrf.ru/articles/article/show/iamnaia_kulturno_istorichieskaia_obshchnost). В Усатовской и Выхватинской позднетрипольской культурах преобладало труположение скорченно на левом боку с кистями обеих рук у лица (поза адорации) преимущественно с ориентировкой на север или северо-восток ((http://www.archaeolog.ru/media/books_arch_ussr/ArchaeologyUSSR_03.pdf): с. 223). Но так же в Усатовской культуре встречалось трупоположение скорченно на левом боку с одною рукою вдоль тела и с кистью другой согнутой руки на тазе или поперёк тела с ориентировкой на восток или северо-восток. Такая поза преобладала в Культуре Черновода I ((http://www.academia.edu/28631123/Steppe_Eneolithic_Cultures_in_Russian_): с. 130), а Усатовская культура образовалась именно на базе предыдущей Культуры Черновода I. Вот на преобладавшее трупоположение Культуры Черновода I, включая ориентировку костяка, более всего и походет преобладавшее трупоположение первого етапа Новотиторовской культуры. Но с учётом наличия трупоположений так же и в позе адорации более вероятно, что новотиторовцы первого етапа могли быть не черноводцы, а усатовцы.
В таком варианте именно усатовцы могли являться родителями первого етапа Новотиторовской культуры, а по тому и всей культуры. Но тут одного трупоположения мало, а по тому я не буду утверждать о том, что большинство новотиторовцев первого етапа были усатовцы.

Но всё же если моё предполагание верно и большинство новотиторовцев первого етапа действительно были усатовцы, то тогда картина миграции майкопско-новосвободненцев упрощается. Второй етап Новотиторовской культуры начался примерно в 3100 г. до н. э., а ета дата совпадает с, предполагаемою мною, нижнею датою наидревней катакомбной культуры Преддонецкой (Приазовской), а так же с нижней датой Буджакской западноямной культуры. Тогда майкопско-новосвободненцы заселили всё Приазовье вообще в один поток массовой миграции: как Восточное Приазовье, включая и территорию Новотиторовской культуры, так и Северное Приазовье. Началась массовая миграция майкопско-новосвободненцев примерно в 32-м веке до н. э., а закончилась к примерно 3100 г. до н. э..

Етот альтернативный сценарий может изменить лишь первый етап Новотиторовской культуры и заменить его родителей майкопцев на усатовцев. Но етот альтернативный сценарий не может изменить общую картину миграции майкопцев, так как даже в етом сценарии как минимум начиная от второго етапа и до конца Новотиторовской культуры в ней преобладали потомки майкопцев!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Пн Дек 11, 2017 1:47 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

К Ведьме Ксении

Об погребениях с повозкой (http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=2011&start=224).

В своей монографии «А. Н. Гей. Новотиторовская культура. 2000» А. Н. Гей посвятил целый параграф «Повозки» к погребениям с повозкой ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 175-191). В нём автор приводит реконструкцию повозок, данные о наидрених захоронениях с повозкой, а так же свою версию происхождения захоронений с повозкой. Прочитайте етот параграф и вопросы отпадут!

((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 120):



А. Н. Гей считает древнейшими погребениями с повозкой погребения Новокорсунской–85, 2/18 в Прикубанье и в могильнике Колдыри I (14/7) на Нижнем Дону, в которых археологисты обнаружили дисковидные колёса ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с.189-190). А. Н. Гей отнес их к концу IV – первой четверти III тысячелетия до н. э.. А вообще А. Н. Гей считает, что погребение с повозкой породили послемариупольцы (постмариупольцы) Северного Поднепровья и Приазовья. Но распространение такой тип погребения получил именно в Новотиторовской культуре. (https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 128:

К 2000 г. всего в Прикубанье археологисты раскопали более 120 погребений с повозкой или её деталями, 115 из них так или инако связывают с Новотиторовской культурой ((https://vk.com/doc7852148_444926060?hash=140690df20631394de&dl=2c81415d8d091b987a): с. 177). Для сравнения: во всех ямных захоронениях обнаружили всего 48 погребений с повозкой или её деталями (http://bronza-lib.narod.ru/i/ivanova_tsimidanov1993.html), при етом в Волго-Уралье – ни одного погребения с повозкой. То есть к 2000 г. 48 ямных погребений с повозкой на большой территории от Нижнего Дона до Нижнего Дуная против 110 новотиторовских погребений с повозкой на очень ограниченной территории. Что тут сравнивать? Тут нечего сравнивать, ответ ясен!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Пн Дек 11, 2017 4:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Одоакр писал(а):
Гей считает

Плевать на то, что считают геи и шломоноиды Very Happy
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Kenstut
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 01.06.2015
Сообщения: 3000
Откуда: Литва

СообщениеДобавлено: Пн Дек 11, 2017 4:49 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Одоакр писал(а):
Гей считает

Плевать на то, что считают геи и шломоноиды Very Happy

Твоё мнение под метлой или в ступе Razz
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ведьма Ксения
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 28.05.2014
Сообщения: 27782
Откуда: Тверь

СообщениеДобавлено: Ср Дек 13, 2017 1:41 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Тут так уважают говнофонд Very Happy тогда пусть мнениями тягаются уважаующие, а мы посмотрим. Wink
Археологические данные.

Одним из ключей к реконструкции социолингвистической ситуации на преисторическом Ближнем Востоке может быть майкопская археологическая культура (ранний бронзовый век).

Выделяют три основные фазы: халколитическая культура Мешоко (4500-3850 до н.э.), собственно майкопская (включает в себя большой майкопский курган и родственные ему комплексы; 3850-3300 до н.э.) и последующая новосвободненская культура (3300-2500 до н.э.). Периодизацию и датировки см. Lyonnet, 2007a, 13; Kohl, 2009, 243; сходно у Trifonov, 2007, 170; детальнее см. Мунчаев, 1994; Kohl, 2007, 73. Важно, что, как указано в Трифонов, 2009, северо-западный Кавказ был необитаем в течение неолита, и только в период халколита этот регион вновь заселяется носителями культуры Мешоко.

Культура Мешоко связана с регионом степей к северу и северо-западу и далее с Балканами, это касается керамики, некоторых других артефактов, а также металла, который импортировали с Балкан (см. Lyonnet, 2007b, 135 с лит.; Ivanova, 2007, 10 ff.). С другой стороны, имела место связь и с южными регионами: Трифонов (2001, 194) утверждает, что мешоковская керамика близка к халколитической традиции Восточной Анатолии; об этом же говорят мешоковские каменные орудия, сделанные из обсидиана, из Закавказья (Мунчаев, 1994, 189 с лит.).



Рис.1. Распространение языков сино-кавказской (дене-кавказской) макросемьи
Рис.1. Распространение языков сино-кавказской (дене-кавказской) макросемьи.



Рис.2. Распределение медных и бронзовых артефактов
Рис. 2. Распределение медных и бронзовых артефактов по Chernykh 1992, 2. I: 7—6 тысячелетия до н.э.; II: 5 – первая половина 4-го тысячелетия до н.э.; III: середина 4-го — первая половина 3-го тысячелетия до н.э. IV: середина 3-го тысячелетия — XVIII/XVII вв. до н.э.; V: XVI /XV вв. — IX/VIII вв. до н.э. Сходная карта использования медной руды и естественных месторождения меди в 11—7 тысячелетиях до н.э. опубликована в Roberts et al., 2009, 1014.





Рис.3. Очаги земледелия и распространение неолитических культур
Рис.3. Очаги земледелия и распространение неолитических культур с примерными радиоуглеродными датировками (по Diamond /Bellwood, 2003, Bellwood /Oxenham, 2008, 17 ff.)



Более важен для нас феномен внезапного появления майкопской культуры. По современной радиоуглеродной датировке возникновение майкопской культуры сдвинулось с 3-го тысячелетия до н.э. (традиционная датировка) на начало 4-го тысячелетия до н.э., то есть в переходный период между поздним Убейдом и ранним Уруком (Kohl, 2007, 73) или, скорее, в период раннего Урука.

Такая датировка ставит под сомнение традиционную точку зрения, согласно которой майкопская культура приходит с юга (то есть из Анатолии и/или Месопотамии). Действительно, очевидно, что определенная разновидность майкопской керамики близка к керамике Amuq F южной Анатолии и северной Сирии (Андреева, 1977, 50–55 ; Мунчаев, 1994, 169; Lyonnet, 2007b, 148). Период Amuq F сейчас рассматривается как современник майкопской культуры: 3850–3000 до н.э. (Lyonnet, 2007a, 13; Kohl, 2009, 243). А корни керамики Amuq F традиционно видят в ранних изделиях из Тепе-Гавра в северной Месопотамии (Гавра XII–IX, см. Андреева, 1977, 53–54). Однако, с другой стороны, есть некоторые указания на северные и северо-западные источники майкопской культуры:

— Торговые пути Балканы – Северный Кавказ известны уже с премайкопской фазы, то есть, с мешоковской культуры.

— Ранние майкопские комплексы локализованы, скорее, в северо-западной области, в то время как поздняя новосвободненская культура распространяется на юго-восток (Мунчаев, 1994, 171–173).

— Курганные захоронения не типичны для ближневосточной традиции. Некоторое сходство с майкопской традицией погребальных курганов наблюдается в лейлатепинской культуре (первая половина 4-го тысячелетия до н.э.), недавно выделенной на Южном Кавказе, северо-западном Азербайджане и центральной Грузии (Kohl, 2009, 242 с лит.; Ахундов/Махмудова, 2008, 41–43; Akhundov, 2007). Поздне́е большое количество майкопоподобных курганов в северо-западном Иране (курганы Се Гирдан, вероятно, вторая половина 4-го тысячелетия до н.э.) позволяет нам проследить движение носителей майкопской культуры с севера на юг в период до того, как произошла экспансия куро-аракской культуры в конце 4-го тысячелетия до н.э. Kohl, 2007, 85; Kohl, 2009, 245 с лит. (против этого: Трифонов, 2000). При этом домайкопские курганы известны в Центральном Предкавказье, на Кубани, на Нижней Волге и Нижнем Дону, некоторые черты которых показывают явные параллели с майкопскими погребениями (Мунчаев, 1994, 178–179 ; Kohl, 2007, 59).

— Внезапное появление богатой металлом майкопской культуры хронологически коррелирует с коллапсом раннего юго-восточного европейского центра металлургической активности или так называемой Карпато-Балканской металлургической провинции (Kohl, 2009, 244; Lyonnet, 2007a, 17; Lyonnet, 2007b, 150).

— Так называемая «проблема золота», см. Chernykh, 1992, 142–144 ; Kohl, 2007, 78–79. Богатые золотом комплексы известны в балканском халколите (вторая половина 5-го тысячелетия до н.э., некрополь Варна), потом в майкопской культуре ранней бронзы (3850–3500 до н.э.), потом в течение второй половины 4-го тысячелетия до н.э. и в середине бронзового века они распространились в Закавказье, Анатолию и Месопотамию: родственные майкопской курганы Се Гирдан, куро-аракская культура, хаттский Аладжа-Хююк, Троя II–III, Тепе-Гавра X, царские погребения в Уре и т.д. (см. Avilova, 2009). Гипотетически это позволяет нам проследить преисторическую миграцию людей, которые использовали и ценили золото.

Далее см. Kohl, 2007, 57 ff. (особенно 75–86), с лит., с общей дискуссией о возможных северних и северо-западных корнях майкопской культуры. Замечу, что традиционный аргумент в пользу южного возникновения майкопской культуры – медленный гончарный круг, используемый как в майкопской, так и в новосвободненской культурах (Мунчаев, 1994, 219), – не выглядит убедительным. Действительно, медленный гончарный круг уже известен в переходной фазе между поздним Убейдом и ранним Уруком в Тепе-Гавра – Гавра XII (Rothman, 2002, 54 ; Charvát, 2002, 59), что раньше, чем майкопская культура. Но такая же технология имела место в начале позднего Триполья (Триполье C1: 4000–3300 до н.э.; Kohl, 2007, 74–75 ; Zbenovich, 1996, 230). Есть и альтернативное решение: считать, что медленный гончарный круг был локальным майкопским изобретением.

Очень важно для нас, что для 4–3 тысячелетий до н.э. можно предположить некоторые миграционные и/или торговые пути из майкопского региона на юг, в Анатолию и Месопотамию. См. выше о постмайкопских курганах в северо-западном Иране. Lyonnet, 2007b, 150 предполагает, что определенный месопотамский стиль керамики может иметь корни в Майкопе.

В качестве посредника между сиро-месопотамскими традициями Убейда и Урука и майкопской культурой может рассматриваться лейлатепинская культура Южного Кавказа (Museibli, 2007, Ахундов/Махмудова, 2008, Akhundov, 2007). Халколитическая лейлатепинская культура синхронна ранней фазе майкопской культуры (первая половина 4-го тысячелетия до н.э., см. Museibli, 2007, 92 ff. для C-14 датировки поселения Беюк-Кесик). В Museibli, 2007, 96, 153 предпринята попытка адаптировать традиционную концепцию проникновения с юга на север к новой радиоуглеродной хронологии:

«Одна группа убейдских племен, мигрирующих из Северной Месопотамии, долго не задерживаясь на Южном Кавказе, продвигаясь дальше, со своими энеолитическими традициями, подвергнутыми разным воздействиям и трансформациям, осела на Северном Кавказе. Майкопская культура последующего периода, эпохи ранней бронзы формировалась уже на основе этих (“протомайкопских”) энеолитических традиций».

С моей точки зрения, такой сценарий не очень реалистичен. Идея, что некоторые племена могли создать на Южном Кавказе халколитическую культуру со скромной медной металлургией, а затем совершить быстрый бросок на Северный Кавказ, где за нескольких десятилетий развить высокотехнологичную металлургию бронзы, выглядит странной. Ярко выраженные майкопско-лейлатепинские изоглоссы – это курганные погребения с характерными схождениями, связанными с властью или религией (напр., каменные скипетры). Я предполагаю, что более естественный сценарий – противоположный: заимствование некоторых престижных элементов майкопской культуры носителями лейлатепинской культуры или даже проникновение майкопцев на халколитическое Закавказье в первой половине 4-го тысячелетия до н.э. (что, в частности, может означать подчиненный статус лейлатепинского религиозного культа).

Возвратимся в вопросу о связях майкопской культуры и Месопотамии. См. Трифонов, 2000, 259 с лит. о стилистическом сходстве между майкопской прикладным искусством и искусством позднего Урука. О металлургических параллелях см. Chernykh 1992, 72:

«Поиск аналогов для золотых орнаментов и для некоторых бронзовых изделий приводит нас к Древней Месопотамии позднего 4-го и 3-го тысячелетий до н.э. – Урук, Джемдет-Наср и даже раннединастический Ур».

Далее см. Ivanova, 2007, 18, 22 с лит. и обсуждением. Красивый пример такого влияния с севера на юг — это парные þ-образные бронзовые предметы, найденные в некоторых новосвободненских захоронениях второй половины 4-го тысячелетия до н.э. Традиционно такие þ-образные предметы интерпретировались как конские псалии, но на самом деле это носовые кольца для управления быками; поздние (3–2 тысячелетия до н.э.) аналогичные þ-образные объекты известны в месопотамской иконографии, где они служат символом божественного начала, ассоциированного с культом быка; см. Канторович и др., 2009. Как указанно в Мунчаев, 1994, 209, похожие þ-образные кольца были найдены в хаттском погребальном комплексе Аладжа-Хююк (как хорошо известно, другая майкопско-аладжахююкская параллель – это зооморфные штандарты).



Языковая атрибуция

На иллюстрации представлено предварительное глоттохронологические деревья для трех евразийских языковых макросемей: афро-азиатской, ностратической и сино-кавказской (дене-кавказской). Деревья основаны на 50-словых списках Сведоша, собранных в рамках проекта «Evolution of Human Language» (Институтом Санта-Фе).

Майкопцы вряд ли могли быть семитоговорящими (вопреки Сафронов, 1989): (а) нет указаний, что в конце 5-го – начале 4-го тысячелетий до н.э. семитские племена продвинулись так далеко на север; (b) металлургическая терминология не реконструируется для прасемитского, то же касается и других афро-азиатских праязыков: праберберского, пракушитского и т.д. (вопреки некоторым исследованиям А.Ю. Милитарева).

Майкопцев затруднительно соотнести с индоевропейцами (вопреки некоторым теориям Марии Гимбутас), так как нет указаний на гипотетическое культурное доминирование индоевропейцев в Анатолии и/или Месопотамии в период ранней и средней бронзы. Разумеется, что идея раздельной миграции хеттов (через Северный Кавказ) и лувийцев (через Босфор), как предполагает Сафронов, 1989, в центральную Анатолию выглядит фантастически с точки зрения лингвистики.

Майкопцы не могут быть определены как прото-картвелы, так как отсутствуют лингвистические следы тесных контактов между картвелами с семитами в преисторическую эпоху (см. Старостин, 2007, 817 f. с очень коротким списком потенциальных семитизмов в пракартвельском, некоторые из которых, вероятно, проникли к картвелам через востночнокавказскую или хурритскую передачу). Прото-картвелы (распад праязыка в конце 4-го тысячелетия до н.э.), скорее, ассоциируются с протоколхской культурой (с конца 4-го тысячелетия до н.э., средний бронзовый век), см. Микеладзе, 1994.

Как уже было предположено рядом исследователей, прото-хурриты (прото-хурро-урартцы) могут быть идентифицированы с куро-аракской культурой (середина 4-го или ранее – середина 3-го тысячелетия до н.э.), по крайней мере, в ее поздней фазе. См. Diakonoff, 1990, Burney, 1997, Kelly-Buccellati, 2004, Buccellati/Kelly-Buccellati, 2007 (намного более осторожно в Кohl, 2009, 252). Археологические данные показывают продвижение носителей куро-аракской культуры с севера на юг/юго-запад в 4-го и до середины 3-го тысячелетия до н.э. (см. Kohl, 2006, 22 ff.), а северные границы куро-аракской культуры примерно совпадают с историческим ареалом хурро-урартских языков.




Рис.4. Глоттохронологические деревья
Рис.4. Глоттохронологические деревья сино-кавказской, ностратической и афро-азиатской макросемей (по 50-словным спискам).



Литература

Андреева, М. В., 1977: К вопросу о южных связях майкопской культуры. In: Советская археология, №1. С. 39–56.

Ахундов, Т. & Махмудова, В., 2008: Южный Кавказ в кавказско-переднеазиатских этнокультурных процессах IV тыс. до н.э. Баку.

Канторович, А. Р., Маслов, В. Е., Петренко, В. Г., 2009: Находка бронзовых элементов управления быками (носовых колец) в 2009 г. и проблема передневосточных связей майкопской культуры Северного Кавказа. In: Древность: Историческое знание и специфика источника. Материалы международной научной конференции, посвященной памяти Эдвина Арвидовича Грантовского и Дмитрия Сергеевича Раевского. Вып. IV. 14–16 декабря 2009 г. Москва: ИВ РАН. [Antiquity: Historical knowledge and specific nature of sources. Moscow, Institute of Oriental Studies]. P. 49–52.

Микеладзе, Т. К., 1994: Протоколхская культура. In: Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. Ранняя и средняя бронза Кавказа. Ред. К. Х. Кушнарева, В. И. Марковин. Москва: Наука. С. 67–74.

Мунчаев, Р. М., 1994: Майкопская культура. In: Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. Ранняя и средняя бронза Кавказа. Ред. К. Х. Кушнарева, В. И. Марковин. Москва: Наука. С. 158–225.

Сафронов, В. А., 1989: Индоевропейские прародины. Горький: Волго-вятское кн. изд-во.

Старостин, С. А., 2007: Труды по языкознанию [Works in Linguistics]. Москва.

Трифонов, В. А., 2000: Курганы майкопского типа в северо-западном Иране. In: Судьба ученого. К 100-летию со дня рождения Бориса Александровича Латынина. Санкт-Петербург. С. 244–264.

Трифонов, В. А., 2001: Дарквети-мешоковская культура. In: Третья Кубанская археологическая конференция. Тезисы докладов. Краснодар—Анапа. С. 190–194.

Трифонов, В. А., 2009: Существовал ли на Северо-Западном Кавказе неолит? In: Адаптация культур палеолита—энеолита к изменениям природной среды на Северо-Западном Кавказе. Ред. В. А. Трифонов. Санкт-Петербург. С. 84–93.



Akhundov, T., 2007: Sites de migrants venus du Proche-Orient en Transcaucasie. In: B. Lyonnet (ed.). Les cultures du Caucase (VIe‑IIIe millénaires avant notre ère). Leurs relations avec le Proche-Orient. Paris. P. 95–122.

Anthony, D. W., 2007: The Horse, the Wheel, and Language. How Bronze-Age Riders from the Eurasian Steppes Shaped the Modern World. Princeton University Press.

Avilova, L. I., 2009: Models of metal production in the Near East (Chalcolithic — Middle Bronze Age). In: Archaeology Ethnology & Anthropology of Eurasia 37/3. P. 50–58.

Bellwood, P. & Oxenham, M., 2008: The Expansions of Farming Societies and the Role of the Neolithic Demographic Transition. In: J.-P. Bocquet-Appel, O. Bar-Yosef (eds). The Neolithic Demographic Transition and its Consequences. Springer. P. 13–34.

Buccellati, G. & Kelly-Buccellati, M., 2007: Urkesh and the Question of the Hurrian Homeland. In: Bulletin of the Georgian National Academy of Sciences, 175, No.2. P. 141–151.

Burney, Ch., 1997: Hurrians and Indo-Europeans in their historical and archaeological context. In: Al-Rafidan, 18. P. 175–193.

Charvát, P., 2002: Mesopotamia before history. Routledge, 2002.

Chernykh, E. N., 1992: Ancient metallurgy in the USSR. The Early Metal Age. Cambridge.

Diakonoff, I. M., 1990: Language contacts in the Caucasus and the Near East. In: T. L. Markey, J. A. C. Greppin (eds). When Worlds Collide. Indo-Europeans and Pre-Indo-Europeans. Ann Arbor. P. 53–65.

Diamond, J. & Bellwood, P., 2003: Farmers and Their Languages: The First Expansion. In: Science, vol. 300, 25 April 2003. P. 597–603.

Kelly-Buccellati, M., 2004: Andirons at Urkesh: New evidence for the Hurrian identity of the Early Trans-Caucasian culture? In: A. Sagona (ed.). A view from the highlands. Archaeological studies in honour of Charles Burney. Louvain: Peeters. P. 67–89.

Kohl, P. L., 2006: The early integration of the Eurasian steppes with the Ancient Near East: Movements and transformations in the Caucasus and Central Asia. In: D. L. Peterson, L. M. Popova, A. T. Smith (eds). Beyond the steppe and the sown. Proceedings of the 2002 University of Chicago Conference on Eurasian Archaeology. Brill. P. 3–39.

Kohl, P. L., 2007: The making of Bronze Age Eurasia. Cambridge.

Kohl, P. L., 2009: Origins, homelands and migrations. Situating the Kura-Araxes Early Transcaucasian ‘culture’ within the history of Bronze Age Eurasia. In: Tel Aviv 36. P. 241–265.

Ivanova, M., 2007: The chronology of the “Maikop culture” in the North Caucasus: Changing perspectives. In: Aramazd. Armenian Journal of Near Eastern Studies 2. P. 7–39.

Lyonnet, B., 2007a: Introduction. In: B. Lyonnet (ed.). Les cultures du Caucase (VIe‑IIIe millénaires avant notre ère). Leurs relations avec le Proche-Orient. Paris. P. 11–20.

Lyonnet, B., 2007b: La culture de Maïkop, la Transcaucasie, l’Anatolie orientale et le Proche-Orient: relations et chronologie. In: B. Lyonnet (ed.). Les cultures du Caucase (VIe‑IIIe millénaires avant notre ère). Leurs relations avec le Proche-Orient. Paris. P. 133–162.

Museibli, N., 2007: Chalcolithic settlement Beyuk Kesik. Baku.

Roberts, B. W. & Thornton, C. P. & Pigott, V. C., 2009: Development of metallurgy in Eurasia. In: Antiquity 83. P. 1012–1022.

Rothman, M. S., 2002: Tepe Gawra. The evolution of a small, prehistoric center in northern Iraq. University of Pennsylvania Museum of Archaeology and Anthropology.

Trifonov, V., 2007: Die Majkop-Kultur und die ersten Wagen in der südrussischen Steppe. In: Rad und Wagen. Der Ursprung einer Innovation Wagen im Vorderen Orient und Europa. Mainz am Rheim. P. 167–176.

Zbenovich, V. G., 1996: The Tripolye Culture: Centenary of Research. In: Journal of World Prehistory, vol. 10, No. 2. P. 199–241.
http://xn--c1acc6aafa1c.xn--p1ai/?page_id=28165
+ прекрасные комментарии Very Happy (действительно хорошие).
_________________
Я Бог, со мной Русские
Прото-германцы в Европе не жили. Если есть indogermanische sprachen, значит есть и indoslawishe sprachen
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Дек 13, 2017 3:34 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ведьма Ксения писал(а):
Одоакр писал(а):
Гей считает

Плевать на то, что считают геи и шломоноиды Very Happy

Факт состоит в том, что вам нечем побить аргументы А. Н. Гея! А по тому спор об происхождении погребений с повозкой окончили!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> Археологические культуры Часовой пояс: GMT + 3
На страницу 1, 2, 3  След.
Страница 1 из 3

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Visitor Map
Create your own visitor map!


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
subRebel style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS