Список форумов
СЛАВЯНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Среднестоговская и Хвалынская (энеолитическая) культуры

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> Археологические культуры
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 25, 2017 12:24 pm    Заголовок сообщения: Среднестоговская и Хвалынская (энеолитическая) культуры Ответить с цитатой

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 25, 2017 12:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Хвалынская энеолитическая культура (5250 – 4550 гг. до н. э.)

И. Б. Васильев. Хвалынская энеолитическая культура Волго-Уральской степи и лесостепи (некоторые итоги исследования). 2003 (http://archsamara.ru/files/biblioteka/057.pdf);

Е. Н. Черных, Л. Б. Орловская. Радиоуглеродная хронология Хвалынских энеолитических могильников. 2010 (https://vk.com/doc63338450_437222864?hash=55656fd701c9a511df&dl=cc7fba4c1579ebf26d);

Н. Л. Моргунова. К вопросу о происхождении хвалынской культуры и о формировании хвалынско-среднестоговской общности. 2010 (http://www.arheolog-ck.ru/Safronov_sbornik.pdf), сс. 81-90;

А. И. Королев, А. А. Шалапинин. К вопросу о хронологии и периодизации энеолита степного и лесостепного Поволжья. 2014 (http://www.ssc.smr.ru/media/journals/izvestia/2014/2014_3_266_275.pdf).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 25, 2017 12:44 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Н. Л. Моргунова. К вопросу о происхождении хвалынской культуры и о формировании хвалынско-среднестоговской общности. 2010 (http://www.arheolog-ck.ru/Safronov_sbornik.pdf), сс. 81-88:

«Хвалынская энеолитическая культура была выделена в конце 70-х годов XX в. после открытия таких выдающихся памятников, как Хвалынский и Хлопковский могильники (Васильев, 1981; Агапов, Васильев, Пестрикова, 1990; Малов, 1982; 2008). В предшествующие годы к энеолиту относили древнейшие подкурганные погребения ямной культуры. Было обосновано два этапа степного энеолита Восточной Европы – мариупольский и хвалынско-среднестоговский, каждый из которых содержал по ряду культурных образований, близких друг другу по многим признакам погребального обряда и инвентаря, а также по элементам хозяйственного уклада и духовной сферы (Васильев, Синюк, 1985).
Данная схема впервые в археологии Восточной Европы рассматривала степные пространства, как единое историческое целое, где с конца неолита и в энеолите происходили процессы интеграции степного населения, что приводило к формированию на определенных этапах крупных культурно-исторических областей (Мерперт, 1980, с. 6 и сл.).
Открытие энеолитических памятников в лесостепи позволило углубить представления о развитии энеолитических культур в Поволжье и Приуралье. На Ивановском и Турганикском поселениях в Оренбургской области были выделены культурные слои, в которых наряду с преимущественно материалами самарской культуры II этапа присутствовала керамика хвалынского типа. Наличие рядом с поселениями могильника с находками, находящими аналогии в Хвалынском и Нальчикском могильниках, дало возможность синхронизировать эти памятники (Моргунова, 1980, с. 112; 1984а, с. 14–15; 1984б; 1989). В последующие годы новые поселенческие памятники хвалынской культуры были открыты в Нижнем Поволжье и в Северном и Восточном Прикаспии (Барынкин, Васильев, 1986; 1988; Астафьев, Баландина, 1998; Юдин, 1999). Памятники самарской культуры, содержащие хвалынские материалы, исследовались на территории Самарской области (Барынкин, Козин, 1995; Васильев, Овчинникова, 2000), а также в правобережье Волги (Ставицкий, 2001; Ставицкий, Хреков, 2003).
Помимо концепции И.Б. Васильева со временем появились иные интерпретации энеолитических памятников Поволжья. Была представлена точка зрения о хронологической синхронности памятников съезжинского и хвалынского круга (Барынкин, 1992; Пестрикова, 1987). С этими взглядами отчасти солидарны и некоторые другие исследователи (Ставицкий, Хреков, 2003, с. 121, 131). По их мнению, имеются гибридные, сочетающие съезжинские и хвалынские черты, типы керамики, свидетельствующие об их синхронности. Кроме того, для обоснования данной точки зрения использовались радиоуглеродные даты по Хвалынскому могильнику и единичные в то время радиоуглеродные даты по неолиту Северного Прикаспия, которые явно противоречили имеющимся археологическим наблюдениям.
В последние годы автором совместно с А.А. Выборновым получена значительная серия радиоуглеродных дат, которые позволили уточнить хронологические рамки существования хвалынской культуры в пределах с конца VI до середины V тыс. до н.э., при этом допуская ее развитие и во второй половине V тыс. до н.э. (Моргунова и др., 2010). В целом, хронология хвалынской культуры выглядит позднее, чем хронология прикаспийской и самарской культур, в то же время допуская их сосуществование в период формирования хвалынской культуры.

Проблема происхождения хвалынской культуры
По данной проблеме на настоящий момент можно выделить три группы суждений.
Первая точка зрения была высказана И.Б. Васильевым (1981, с. 34–35). Многими исследователями она практически всегда представляется как автохтонная (например: Юдин, 2006, с. 33). Но это не совсем правильно, поскольку И.Б. Васильев всегда рассматривал хвалынскую культуру как часть хвалынско-среднестоговской общности во взаимодействии со всеми ее культурными компонентами, что само по себе не может гарантировать автохтонное развитие культуры. И.Б. Васильев провел детальное сопоставление материалов Съезжинского и Хвалынского могильников. Он отметил такие признаки сходства между ними, как грунтовый характер могильников, их расположение за пределами поселений, расположение могил рядами в неглубоких ямах и траншеях, наличие жертвенных площадок со сходным набором артефактов (сосуды, останки животных), близкие ориентировки погребенных, посыпка охрой, порча вещей, преемственность в ряде вещей (бусы из раковин, украшения из клыков кабана, каменные изделия – тесла, ножи и др.), примесь раковины в глине сосудов и наличие на последних воротничков. Появление таких новаций, как скорченное положение скелетов, крупных бус и каменных браслетов, топоров с цапфами, изменения в керамике среднестоговских и хвалынских памятников, по мнению И.Б. Васильева, отражает их более позднюю хронологическую позицию по отношению к памятникам мариупольского типа. Сравнение материалов позволило исследователю сделать вывод, что эволюция культур энеолита в Волго-Уральском регионе от мариупольского к хвалынскому времени проходила более плавно, в отличие от западных областей, где преемственность между азово-днепровской и среднестоговской культурами хотя и имела место, но прослеживается слабо, что объясняется влиянием восточного степного населения в сложении среднестоговской культуры. При этом автор справедливо отмечал существенную роль мариупольского населения в данном процессе, о чем свидетельствуют признаки преемственности в погребальном обряде, в различных предметах костюма и бытового инвентаря. В то же время керамика имеет существенные отличия от мариупольской и скорее находит истоки в неолитической сурско-днепровской культуре. Культурная многокомпонентность среднестоговской культуры, включая участие в ее формировании населения нижнедонской культуры, отмечается во многих работах (Васильев, Синюк, 1985, с. 41–45; Котова, 2002, с. 40–41; 2010).
Вторая версия о происхождении хвалынской культуры возникла после открытия памятников хвалынской культуры (шебирского типа) в Восточном Прикаспии на Мангышлаке. Ее сторонники предполагают продвижение носителей хвалынских традиций с юго-востока из Передней Азии через Восточный Прикаспий (Горащук, 2003, с. 123–127; Юдин, 2006, с. 18 ) или через Кавказ (Богданов, 2004, с. 231–238). Особенно подробно аргументирует данную позицию И.В. Горащук, главным образом базируясь на анализе каменных изделий и технике их изготовления. Однако при этом он игнорирует факт полного отсутствия связи между шебирскими (хвалынскими) материалами с местным неолитом, представленным кельтеминарскими и оюклинскими памятниками. Более веский аргумент о связях степного энеолита с переднеазиатскими и ближневосточными культурными центрами представлен С.В. Богдановым, отметившим аналогии скорченному обряду погребения и каменным браслетам в Месопотамии.
Третья точка зрения высказана А.Е. Астафьевым и Г.В. Баландиной (Астафьев, Баландина, 1998, с. 147–156; Астафьев, 1990, с. 38 ). Авторы обстоятельно доказывают отсутствие генетических корней материалов шебирского типа в неолите Восточного Прикаспия и приводят прямые параллели им в Поволжье, что, по их мнению, отражает пришлый характер в Восточном Прикаспии населения шебирских поселений. Последовательны дальнейшие рассуждения исследователей о происхождении хвалынской культуры, как и других энеолитических культур степной зоны Восточной Европы, не только в свете ближневосточного воздействия, но и решающего, по их мнению, взаимодействия с балкано-карпатским центром (Астафьев, Баландина, 1998, с. 153). Отражение данного процесса они видят в распространении в мариупольских культурах меандровых композиций, свойственных неолитическим культурам ранних земледельцев Юго-Восточной Европы, включая буго-днестровскую (Даниленко, 1969; Котова, 1990, 2002), а также в распространении балканского металла транзитом через все культуры Северного Причерноморья до Приуралья. Медное изделие обнаружено и на одной из стоянок шебирского типа.
Таким образом, проблема происхождения хвалынской культуры в Поволжье представляется достаточно дискуссионной. Исследователи высказывают прямо противоположные точки зрения, при этом приводя достаточно веские аргументы. Вероятно, это свидетельствует о допустимости компромиссного решения.
Представляется, что формирование хвалынской культуры, как и близкой ей среднестоговской, связано со степными регионами Восточной Европы, что в свое время было достаточно обосновано первой точкой зрения. В основе обеих культур находилось местное население Мариупольской КИО, ориентированное культурно и экономически как на переднеазиатские и ближневосточные центры, о чем свидетельствуют типично степного содержания памятники в Восточном Прикаспии и на Кавказе (Тумек-Кичиджик, Шебир, Нальчикский могильник и др.), так и в западном направлении, откуда шло проникновение металла, причем, вероятно, вместе с первыми профессиональными металлургами.
На этом фоне происходило распространение как достижений производящего хозяйства и металлургии, так и духовных ценностей, в том числе и вместе с их носителями. Однако, на мой взгляд, не следует рассматривать появление таких новаций, как скорченный обряд погребения, курганы, металл как результат масштабных миграций, поскольку при наличии тесных контактов не исключается конвергентность возникновения многих элементов культурного развития, быстрое их восприятие и заимствование соседними сообществами. Неслучайно, повсеместно в пределах БКМП, включая волго-уральское междуречье, отмечаются, с одной стороны, смена вытянутого обряда погребения на скорченный и случаи одновременного применения тех и других подходов, а с другой, наблюдается долгое сохранение в некоторых районах вытянутого обряд (постмариупольские, репинские и др.). Но и миграционные процессы, как с запада на восток, так и в обратном направлении, без сомнения имели место.
Смешанный состав населения подтверждают антропологические данные, которые имеются хотя и в ограниченном объеме на территории степного и лесостепного Поволжья. Особенно представительные серии краниологических материалов получены из Съезжинского, Хвалынского и Хлопковского могильников. Погребения выявлены на ряде поселений в бассейне р. Сок (Лебяжинка IV и V, Чесноковское, Гундоровское).
Уже в первых работах, касающихся результатов анализа съезжинских материалов, был поставлен вопрос о двух этногенетических компонентах в сложении энеолитического населения Поволжья. Один из них – протоевропеоидный находит параллели в материалах надпорожско-приазовских могильников, другой – средиземноморский, который характерен также и для известного могильника Тумек-Кичиджик кельтеминарской культуры в Туркмении (Яблонский, 1990, с. 77–78 ). По данным анализа серии из II Хвалынского могильника, а затем Хлопкового могильника А.А. Хохлов заключил, что оставившее их население было гетерогенным (неоднородным) по своему составу и выделил три морфологических компонента (Хохлов, 1998, с. 8–9; 2000, с. 286–287). Первая группа (грацильность, долихо- или мезокрания, среднее, умеренно уплощенное лицо, слабо выступающие носовые кости) находит ближайшие аналогии среди материалов местных уральских культур предшествующего времени неолита – раннего энеолита (в том числе в Съезжинском могильнике). Вторая группа с чертами классического протоевропеоидного типа, но несколько «смягченного» (долихомезокрания, крупное и широкое, хорошо профилированное лицо) аналогична материалам могильников степной Украины и Волго-Донья, а также представлена как один из компонентов в Съезжинском могильнике. Третья группа особенно интересна (высокая, долихокранная мозговая коробка, резко профилированное лицо), так как она связана с представителями среднеземноморского южного типа европеоидов. Отсюда следует вполне закономерный вывод исследователя, что в Волго-Уралье в хвалынское время существовал самостоятельный очаг расогенеза, в котором роль местного уральского компонента была значительной (Хохлов, 2000, с. 287–289). В результате его активного взаимодействия с южными и западными европеоидами в энеолите «здесь формируется краниологический комплекс, для которого характерна долихокрания в сочетании с низким, не очень широким и хорошо профилированным лицевым скелетом» (Хохлов, 2000, с. 288). В дальнейшем, по мнению А.А. Хохлова, этот комплекс проявляется в материалах ямной культуры Поволжья и Приуралья.
Важно остановиться на материалах лесостепных районов, к сожалению, пока весьма малочисленных, но тем более представляющих интерес. Погребения помимо Съезжинского могильника встречены на ряде поселений в бассейне Сока. Например, черепа из погребений на стоянках Чекалино IV и Лебяжинка IV, относящиеся, по мнению исследователей к неолиту, по морфологическим свойствам находят аналогии в ряде комплексов Съезжинского и Хвалынского могильников, могильника Меллятамак, которые связаны с представителями восточноевропейской (субуральской или лапоноидной) антропологической формации (Хохлов, 2000, с. 281–282). При этом чекалинское погребение было совершено на правом боку, а на стоянке Лебяжинка IV – вытянуто на спине.
Связь процесса сложения хвалынской культуры в Поволжье с влиянием причерноморских культурных центров помимо археологических данных также подтверждается антропологическими материалами. Так, большое сходство обнаруживают черепа Хвалынских могильников с краниологическими сериями среднестоговских памятников, которые, в свою очередь, близки трипольскому антропологическому типу (Телегин и др., 2001, с. 121). По мнению И.Д. Потехиной, в энеолите Украины представлены два антропологических типа – массивный, протоевропеоидный и более грацильный, мезоморфный с чертами южноевропеоидного (среднеземноморского) (Телегин и др., 2001, с. 119). Первый прослеживается у носителей новоданиловского и постмариупольского населения, а также в меньшей степени у среднестоговцев, и у групп, оставивших древнейшие подкурганные погребения Надпорожья и Приазовья. Второй тип отмечается у части среднестоговских групп и в доямных подкурганных погребениях Северо-Западного Причерноморья (Телегин и др., 2001, с. 119). Таким образом, и в энеолите Северного Причерноморья по данным антропологии наблюдается смешение двух антропологических типов, которые, как и Волго-Уралье, взаимодействовали в неолите и формировали антропологический состав в энеолите. Так же как и хвалынский в Поволжье, среднестоговский краниологический тип в большей степени, чем все остальные культурные группы, сходен с ямным краниологическим комплексом (Телегин и др., 2001, с. 122).
Весьма примечательно, что данные антропологических исследований во многом совпадают с результатами технико-технологического изучения керамики Хвалынских могильников (Васильева, 2002, с. 39–41). Наряду с выводом об однородности и устойчивости гончарной традиции хвалынского населения исследовательница отмечает, с одной стороны, – близость некоторых навыков съезжинской традиции, с другой, – по технологии ряда сосудов устанавливает наличие контактов с другими группами энеолитического населения. С какими именно группами связано проникновение чуждых технологий уточнить пока невозможно, поскольку подобные исследования керамики других энеолитических культур не проводятся. Однако согласно типологическим особенностям хвалынская керамика близка по ряду признаков, прежде всего среднестоговской.
Таким образом, формирование хвалынской культуры – процесс неоднозначный. Он проходил в степной зоне волжско-уральского междуречья при участии, как местного населения, так и пришлых компонентов, особенно западного происхождения.

Проблема сложения хвалынско-среднестоговской общности
Материалы хвалынского круга, без сомнения, характеризуют самостоятельную и достаточно сильную во всех культурных проявлениях линию развития на территории степного Поволжья. Они хорошо известны специалистам, полно опубликованы и всесторонне проанализированы (Васильев, 1981; Агапов и др., 1990; Васильев, 2003). Не вызывает сомнений синхронность и тесное культурное взаимодействие хвалынской культуры с другими степными образованиями Восточной Европы, что дало веские основания для выделения хвалынско-среднестоговской общности (Васильев, 1981; Мерперт, 1980). Ближайшие аналогии по всем категориям погребального обряда и инвентаря в материалах среднестоговской культуры, суворовского и новоданиловского типов подтверждают заключение об установлении в данный период культурного единства по всей степной зоне. В этом заключении практически единодушны все исследователи энеолита. Важно подчеркнуть, что возникновение подкурганного обряда отмечается не только в рамках хвалынской культуры, но и повсеместно по всей степной зоне. Попытка выделить подкурганные памятники в отдельную «европейскую степную культурно-историческую общность» не представляется удачной, поскольку разделяется на самостоятельные линии развития близкое по своему происхождению и культурному статусу население. В то же время закономерности процесса формирования общности в энеолите на базе экономического, культурного и идеологического единства отмечены и подчеркнуты совершенно правильно (Нечитайло, 1996).
Достаточно сложно определить – какому из степных культурных образований в этот период принадлежала ведущая роль в создании данной общности. Однако следует обратить внимание на западное, балканское происхождение всех металлических находок на степных памятниках, начиная от новоданиловских и до хвалынских (Рындина, 1998, с. 151–159). Из этого факта следует заключить, что распространение первого металла на территории степной зоны могло явиться одним из важнейших факторов в консолидации и в установлении близких связей степного населения, поскольку сам металл в то время и на всем протяжении от энеолита до конца бронзового века принес не только новые технологии в хозяйственную сферу, но и был окружен особыми ритуалами и новыми, весьма своеобразными в сравнении с каменным веком идеологическими представлениями (Черных, 2007, с. 137 и сл.). Металл мог распространяться, вероятно, только с его непосредственными или близко связанными с его производством людьми. Но в энеолите по причине малочисленности профессиональных металлургов в древнейших металлургических центрах на Балканах и в Передней Азии этот процесс не мог носить массовый характер. По данным Н.В. Рындиной, металлические предметы из Хвалынских могильников, хотя и были произведены из балканского металла, изготавливались местными мастерами (Рындина, 1998, с. 158–159). Этот вывод сделан на основании металлографического анализа медных изделий, согласно которому отмечается низкое качество их кузнечной обработки и наличие значительного брака, что свидетельствует о начальной стадии становления местного (хвалынского) металлопроизводства. Ряд особенностей обработки металла, по мнению Н.В. Рындиной, говорит о том, что хвалынский очаг в Поволжье формировался под влиянием, шедшим из западного ареала БКМП, прежде всего с территории карпато-поднестровского и фракийско-нижнедунайского регионов, но в то же время доминировали воздействия из раннетрипольского и, отчасти, из новоданиловского очагов (там же, с. 159).
Данные заключения принципиально важны для решения проблемы о взаимодействии и образовании общности степного населения в энеолите, а затем крупных культурно-исторических областей бронзового века, так как в них отражены исторические реалии того времени, суть которых заключена в распространении технологий металлургического производства на новые территории из первых и древнейших центров. В этом плане, становится очевидным, что появление металла в Поволжье из Балкано-Карпатского металлургического центра не только результат активизации связей, но и закономерное явление, связанное с поиском новых источников сырья. А поскольку на территории от Прикарпатья до Южного Приуралья таковые неизвестны, то появление в Волго-Уралье балканского металла в энеолите находит свое объяснение. Помимо находок медных изделий в Хвалынских могильниках, металл обнаружен в материалах таких поселений, как Варфоломеевское, Курпеже-Молла, Алтата и на Турганикской стоянке. Все они, вероятно, имеют отношение к западному – балканскому источнику металла. Весьма важными оказались результаты трассологического анализа, проведенного Н.Н. Скакун и Г.Ф. Коробковой, многочисленных орудий из кости Ивановского поселения. Оказалось, что многие из этих орудий изготавливались при помощи металлических орудий.
Таким образом, западное направление связей населения Волго-Уралья стимулировало проникновение в степные регионы Поволжья и Приуралья отдельних групп – носителей навыков металлообработки. Причиной для их продвижения на восток являлись поиски новых источников сырья, которые вскоре будут найдены ими на Каргалинском месторождении на Южном Урале (Западное Оренбуржье).
Другим немаловажным фактором, активизировавшим формирование хвалынско-среднестоговской общности, являлись близкий образ жизни и единый путь развития хозяйственной деятельности, который, по образному выражению Н.Я. Мерперта, вырабатывался в специфических степных условиях, открывавших широкие возможности для установления контактов, взаимодействия и быстрого восприятия новых достижений в развитии экономики и культуры. Эта важная мысль исследователя, неоднократно повторенная им во многих работах, представляется совершенно правильной и на настоящем уровне изучения энеолитических культур степной зоны. Значительно пополнились данные о месте скотоводства, в том числе коневодства, в хозяйстве населения этого периода (Моргунова, 1995; Юдин, 2004; 2006). Следует подчеркнуть, что установление в энеолите по всей степной зоне Восточной Европы единой направленности в хозяйственной деятельности, не исключая и некоторой специфики в отдельных районах, видимо, способствовало и выработке близких форм культовых обрядов и религиозных представлений, что нашло яркое отражение в погребальных обрядах как мариупольской, так и хвалынско-среднестоговской общностей.».
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Одоакр
Постоянный участник

   

Зарегистрирован: 30.05.2016
Сообщения: 587

СообщениеДобавлено: Ср Окт 25, 2017 12:50 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Дереивская культура (4250 – 3650/3500 гг. до н. э.) и Нижнемихайловская культура (4150 – 3650 гг. до н. э.)

Н. С. Котова. Дереивская культура и памятники Нижнемихайловского типа. 2013 (http://www.academia.edu/17042157/Dereivka_culture_and_monuments_of_the_Low_Michajlovka_type).
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов -> Археологические культуры Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Visitor Map
Create your own visitor map!


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
subRebel style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS